Обратный путь к своим берегам с недолгим заходом в Антверпен за обещанной платой не подкинул никаких эпических проблем. Так, бытовуха. В основном трудности случились с размещением всего добытого в ограниченный объем корабельных трюмов, а еще дополнительные корабли докупать было не вариантом. С кораблями без магических двигателей и накопителей мы бы тащились не один месяц и наверняка загубили бы кучу народу. Утрамбовались. Впихнули невпихуемое.

Дома нас встречали как героев! Празднества, которые мои подданные устроили по этому поводу не стали обычной пьянкой, а были проведены в форме первого на нашей земле карнавала. Очень зрелищно! Я не стал на этом праздновании белой вороной. Светла заранее подготовила для меня шикарный костюм короля-рыцаря. Впрочем, у моих друзей жены постарались не меньше, и их костюмы выглядели так же богато и загадочно. Натанцевался впрок, на весь следующий год, потому что такие карнавалы решено было сделать в наших городах ежегодными. А еще несколько переборщил со сладким испанским фруктовым вином. Вот откуда Сангрия пошла! Вроде, пьется как компотик. Вкусно. Только ноги внезапно заплетаться начинают.

Домой мы возвращались сильно нетрезвой веселой троицей. К нам со Светлой присоединилась Боженка. Телохранители топали в отдалении позади, а мы, пошатываясь и распевая песни, шли по ночному Светлому.

Дальше почему-то воспоминания об этом вечере стали фрагментироваться. Вот яркий кусок, когда мы, дурачась, падаем все втроем на нашу огромную кровать и начинаем шутливо бороться. Следующий фрагмент — лицо Божены. Почему-то очень близко. Буквально глаза в глаза. Светик где-то рядом. Пытается щекотать меня, но мои рецепторы, притупленные алкоголем, почти не реагируют на ее действия. Еще одно воспоминание, как девушки в четыре руки раздевают меня, бранясь при этом по поводу доставшегося им алкоголика.

А потом я внезапно протрезвел. Вот, абсолютно. Даже жалко немного стало исчезнувшей из головы расслабляющей дымки. Мы обнимались с Боженой, а за ее спиной маячила моя супруга. Я вытаращился на нее, не в силах поверить, что это она подстроила все происходящее в этот момент с нами. Светик указала кивком головы на затылок нашей тыркуши и энергично закивала головой. Все понятно, что ничего не ясно. Я, кажется, только что получил отпущение предстоящего греха. А дальше инстинкты окончательно вытеснили из сознания остатки рассудка.

Когда порыв страсти в моей голове утих, я потянулся к своей супруге, все это время пролежавшей рядом со мной с другой стороны от Божены.

— Не сейчас, — шепнула мне жена. — Этот вечер должен стать для нее особенным.

Странно, зачем все это ей? Но послушно выполняю поручение.

Наконец, угомонились. Божена убежала в душ. Я спросил Светлу:

— Как все это понимать?

— Знаешь, как я боялась, что ты из похода привезешь себе какую-нибудь принцессу или королеву.

— Из королев там только одна Елизавета. И она старая уже.

— Можно подумать, для тебя это проблема. — Вот и пойми ее, не то восхитилась моими огромными магическими возможностями, не то заподозрила в геронтофилии.

— А с Боженой… зачем.

— Жалко ее стало. Она очень хорошая. И несчастная. Влюблена в тебя давно, а ты не замечаешь. Даже решила в качестве отговорки привезти себе старика кавалера, которому сто лет, как уже ничего не нужно. Так ты и тут постарался. Омолодил старичка. Она даже решила, что нарочно издеваешься. Приходила ко мне плакать. Это я подсказала ей, чтобы просто придралась к какой-нибудь мелочи и послала Лаврентия подальше.

— Ну, вы интриганки!

— А то!

— Жалеть-то не будешь потом? А то я тебя люблю, вообще-то.

— Скажи еще, что к Божене ничего не испытываешь.

— Ну, она мне нравится. Но ты для меня важнее.

— Вот, всегда так и думай. — Заключила Светик и зачем-то отвернулась.

А! понятно! Божена вернулась.

— Спасибо тебе, Ваня! — Поняв, что я не сплю, она чмокнула меня в щечку.

Ладно, раз никто не спит, расставлю все точки над и.

— Девчонки! А вы подумали, что даже в наложницы я взять Боженку не смогу. Она же православная.

— Для женщины, которая хочет замуж, религия не имеет никакого значения. Божена уже готова перейти в любую веру. Хоть этой самой скво стать.

Божена ничего не говорила, но ее молчание было красноречивее всяких слов.

— Ладно. Завтра зайдем к нашему попу. Может он посоветует, как из этой ситуации лучше выкрутиться.

— Все бы вам, мужикам, выкручиваться. — И Светла вновь принялась меня щекотать.

На этот раз алкогольная защита не сработала и я принялся, судорожно извиваясь и хохоча, вырываться из-под навалившейся на меня всем телом жены. Не вышло. К Светле на подмогу пришла Божена. В четыре руки они меня окончательно одолели. Пришлось сдаваться и просить пощады.

— Вот так! Чтоб боялся и не смел заводить никаких других женщин кроме нас с Боженкой!

А потом мы спали все втроем на одной кровати. Очень запоминающиеся ощущения, когда ты просыпаешься, а с обеих сторон на тебе посапывают две симпатичные женские головки. Мужики, ради таких вот мгновений, скажу я вам, и стоит жить!

С утра, как и обещался, отправился к нашему православному священнику. Тот по-русски уже хорошо наблатыкался, даром, что сам грек. Хоть и по-русски, но этот ханжа упорно не захотел меня понимать. Мол, грех это. И все. Если же слова простого пастыря внимать не желаем, то, по совету все того же попа, можем подавать прошение не кому-нибудь, а аж Константинопольскому патриарху. Угу, а то мне примера моего деда с его, затянувшейся по вине чернорясых женитьбой, недостаточно. Даже доводы о бесплодии прошлой супруги и проблемах с престолонаследием не помогали. А у меня и таких доводов, как у деда, не наберется. Васька то с Данилкой, вон, бегают.