– Ну, спасибо за информацию, – поблагодарил Астахов старпома и набрал номер Игоря.

Тот, как и все механики, тут же поднял трубку телефона и ответил дежурным голосом:

– Алё, второй слушает. – По его голосу трудно было понять, разбудил ли стармех его или он вообще не спал, насколько ответ из трубки был чётким.

– Через полчаса подойдём… – Астахов начал объяснять причину раннего подъёма. – Так вот чиф говорит, что ты знаешь, что надо делать.

– Понял, не переживай, Владимирыч, всё будет тип-топ. Я ещё с вечера кое-что сделал, а сейчас подниму Марио, и он закончит закрытие помещений. – И повесил трубку.

Астахов вызвал электромеханика. Они запустили динамки, взяли их в параллель и вывели из работы валогенератор.

Вообще-то, Астахов это мог бы сделать и сам, но на судне он был всего пару недель, поэтому для него было лучше, если за этим проследит более опытный в таких делах Серёга.

Закончив манипуляции с электричеством, Астахов оставил Серёгу в ЦПУ, а сам пошёл на камбуз – посмотреть, что там приготовил на завтрак повар-филиппинец. В отличие от своих собратья, он не был «сталеваром», мягко говоря, и не готовил трудные к употреблению блюда.

– Доброе утро, Роландо! – Астахов доброжелательно приветствовал вечно улыбающегося повара. – Что у тебя сегодня на завтрак?

– Для тебя, чиф, я сегодня приготовил замечательный омлет с овощами. Ты готов к завтраку? – Казалось, что сама любезность витает вокруг кока.

– Конечно, у меня ещё есть с полчаса перед манёврами, – заверил Астахов повара и сел на своё место в кают-компании.

Яичница с овощами была и в самом деле замечательной.

Справившись с завтраком и поблагодарив повара, Астахов вернулся в ЦПУ. Тут и начались манёвры. Обороты были скинуты до малого, а затем капитан сделал только один реверс и поставил телеграф на «Стоп». Астахов понял, что якорь брошен и ожидал команду «Отбой».

Вскоре зазвонил телефон, и стармех услышал спокойный голос капитана:

– Всё, Владимирыч, стоим на якоре. Готовность один час. Готовься к рейдовой выгрузке. Пусть пока обе динамки работают. Боцман с матросами сейчас подготовят краны к работе. – Он сделал ударение на букву «ы».

– Понял, Владимир Петрович, всегда готов, как юный пионер, – пошутил Астахов и пошёл вместе с Серёгой готовить главный двигатель к стояночному режиму.

К восьми часам в ЦПУ собралась вся машинная команда: второй механик с электромехаником и два моториста-филиппинца.

До кофе-тайма они сделали осмотр главного двигателя после недельного перехода, и Астахов попросил Игоря:

– Поднимешь меня на обед, а то я что-то устал.

– Иди отдыхай, Владимирыч, я тут сам со всем справлюсь, – пообещал Игорь и заверил: – Не переживай, всё сделаю как надо.

И Астахов пошёл спать.

На этом судне каюта стармеха находилась на третьей палубе, так что карабкаться по трапам на пятую, как на прежнем контейнеровозе, ему не пришлось. Чтобы сэкономить время, он не стал раздеваться и завалился на диван в кабинете.

Игорь, как и обещал, поднял Астахова в начале первого, и он, умывшись и переодевшись, спустился в кают-компанию.

Покончив с обедом, Астахов вышел на главную палубу, чтобы осмотреться, где находится судно и что вообще происходит на палубе.

Выйдя на корму, Астахов был, мягко говоря, немного озадачен увиденным. У открытой двери помещения аварийного дизель-генератора сидели на корточках несколько негров. У каждого в руках было по мешку, из которого они доставали пластиковые бутылки и передавали их Ромио, сидящему у расходной цистерны дизельного топлива для аварийного дизель-генератора.

От его действий у Астахов сразу встала перед глазами картина, когда они, молодые курсанты, точно так же стояли у бочки с пивом, а дородная тёща Злодея, его соседа по кубрику, с деловым видом, не обращая ни на кого внимания, наливала пиво в подставляемую тару.

А использовали курсанты тогда стеклянные банки различной вместимости и даже плафоны от люстр освещения. В плафоны вмещалось аж целых восемь литров. Злодеевская тёща молча поворачивала деревянную ручку бронзового краника, и из бочки в подставляемую тару вытекала янтарная пенистая жидкость. Полная серьёзности тёща молча выполняла оную операцию, принимала деньги и выкрикивала:

– Следующий!

Примерно такая же картина предстала взору Астахова и сейчас.

Изображая из себя главного начальника, Ромио принимал у очередного негра пустую пластиковую полуторалитровую бутылку, поворачивал ручку бронзового дренажного крана под цистерной с дизельным топливом, и из него лилась светло-жёлтая, чистая, как слеза, жидкость. Разница была лишь только в том, что она не пенилась, да и Ромио кричал не «Следующий», а важно произносил: «Next».

Когда процесс наполнения бутылок заканчивался, Ромио их пересчитывал, а клиент вместо кошелька притаскивал ящик и рассчитывался бутылками с вином из расчёта две бутылки дизельки за одну бутылку вина.