На свежем воздухе легче дышалось, до сих пор не мог привыкнуть к аромату сосен и зелени. После города и дыма выхлопных труб воздух в тайге воспринимался особенно ярко. Сделал вдох. Со стороны леса послышался хруст…

Будто кто-то встал на сухую ветку.

Я машинально потянулся к стволу, но вспомнил, что оставил его в ящике, и мысленно чертыхнулся.

Покосился на дверь туалета, цепочка на прежнем месте.

Сделал глубокую затяжку и бросил начатую сигарету под ноги, давя подошвой. Не отрывал взгляда от чащи. Около дома разросся куст, из-за него было плохо видно откуда доносился звук, и я бесшумно прошел к зарослям и вгляделся в темноту. Тишина была давящей и неестественной.

С утра надо будет расставить силки, чтобы обезопасить себя и эту стерву от набегов диких животных и кого похуже. Постоял еще несколько секунд присматриваясь к чаще, но ничего необычного не заметил, поэтому вернулся на прежнее место и окликнул Лауру.

Она не ответила. Нехорошее предчувствие закралось в душу, и я шагнул к туалету и взяв в руки цепочку дернул. Медленный перекатывающий звук падающей цепочки завершился тяжелым металлическим гулким – когда наручники грузно долбанулись об пол.

Дернул дверь, убеждаясь в своей правоте.

– Сбежала, сука!

Ринулся в дом, ощущая как в крови пробуждается уже давно забытая жажда убийства и, дернув ручку входной двери, замер, запинаясь на вдохе.

– Руки, – Лаура мотнула дулом пистолета вверх, и я машинально исполнил приказ этой стервы, понимая, что уже дважды прохлопал момент. – Если есть патроны, должен быть и ствол, да, пупсик?

Пупсик?

За это слово она ответит отдельно.

– Опусти пистолет, – попросил почти ласково, что в случае с этой стервой могло быть расценено как признание поражения. Но она же не дура.

– И раз в ящике кухонного стола нашлись ключи, – она звякнула колечком в руках, – значит должна быть и тачка. Прокатимся?

Скрипнул зубами, развернулся, Лаура ткнула дулом пистолета мне между лопаток и подтолкнула. А я жалел, вот прям жалел, что зарекся бить баб. Эту я бы вшатал прямо сейчас с радостью, но она же вроде как хрупкая бабочка. Цветочек просто. Венерина мухоловка.

– Может опустишь ствол? – спросил, когда она в очередной раз ткнула им между лопаток. Видимо эта сука получала изощренное удовольствие от того, что опускала мужиков, и не удивлюсь, если охрана у Самсонова по струнке ходила именно потому, что она там всем заправляла.

– Что, некомфортно от мысли, что можешь стать пушечным мясом? – насмешливо подытожила, когда подошли к небольшому сараю, в котором прятал тачку. Он был в паре метров от домика в зарослях каких-то кустов, так что не каждый заметит.

– Не уверен, что ты выстрелишь, но играть с этой штукой опасно.

Невольно вздрогнул, когда пуля просвистела в нескольких сантиметрах от правой руки, дырка в воротах сарая подтвердила догадку – Лаура не намерена трепаться.

– Открывай, я подожду.

Не стал оборачиваться, подошел и дернул заедающую дверцу, открывая сарай. Старенький пикап, покрытый пылью, мелькнул голубым капотом, и я сперва не поверил глазам. Не знаю, расценить это как удачу или злой рок, но Лаура точно пожалеет о своей несдержанности.

– Что? – спросила, когда я начал хохотать, видимо ее нервировала моя реакция. Решила, что я тронулся, а я решил, что мне попалась самая безумная баба в мире. – Говори!

– Ты выстрелила и попала в тачку, – произнес, изучая дыру в капоте, к гадалке не ходи – она повредила кишки пикапа, и теперь он не заведется.

– В смысле? – напряженно спросила, опуская пистолет. Отвлеклась на дырку в капоте, и потеряла бдительность.

Я выстрелил рукой, хватая тонкое запястье и долбанул о хлипкую стенку сарая, пальцы Лауры разжались, оружие выпало.

Блокировал ее удар коленом в пах, согнулся, вывернул ее руку. Она прекратила сопротивляться и утихла, не дергаясь, боясь, что выдерну руку из сустава. Подтолкнул ее, вжимая грудью в капот и навис сверху, стягивая тонкие запястья руками.

– Как ты сняла наручники? – этот вопрос давно меня мучал, но спросить, пока перевес был не на моей стороне не решался. Лаура поерзала, я надавил на кисть, ставя ту на излом. Сделал болевой, и она покорно обмякла, тяжело дыша. Моя грудь тоже ходила ходуном.

– Вскрыла шпилькой, – зашипела, когда подался бедрами к ней, прижимая к машине теснее.

Интересно… Значит эта сучка умеет не только застегивать наручники, но и расстегивать их без ключа. Невольно восхитился ее умением. Не все мужики в моем окружении умеют взламывать замки, а она совершила две попытки к бегству и обе почти удались.

– Молись, чтобы машина завелась, потому что другого средства передвижения у нас нет, а торчать здесь с тобой вечно я не собираюсь, – хрипло надавил на ее спину, и Лаура пискнула. Потянулся к веревке, удачно висящей на крюке рядом, и дернул на себя. – Помнишь, что я обещал тебе в случае, если выкинешь очередной фокус?