Николь Хоффман перевернулась и лежала теперь лицом кверху. Поймав взгляд Патрисии, она прошипела:

– Вы ненормальные. Все вы. Просто психи.

Заплаканные глаза покраснели, одежда была скомкана и перепачкана. И взгляд у неё был диким.

Патрисия только покачала головой и отвернулась, уставившись на дорогу впереди. Когда они проезжали резиденцию ООН, на месте того побоища, которое устроила на дороге Патрисия, ещё возились техническая помощь и полиция. Пробка тянулся вдаль почти на милю.

Фрэнк ухмыльнулся и покачал головой.

– Напомни, чтобы за руль следующей нашей машины я тебя не пускал.

– И мне напомни тоже, - добавил Марк.

– Эй, Марк, - окликнул Фрэнк.
– Коротышка там сзади ещё жив?

Марк посмотрел вниз под сиденья.

– Жив, - кивнул он.
– Но, думаю, в штаны он наложил.

– Он так притих, что я боялся - помер, - хмыкнул Фрэнк.

Тут подал голос Лал Али Хаваб.

– Когда оказываешься в банде сумасшедших, - заявил он, хранить молчание - признак мудрости.

– Ха!
– фыркнул Фрэнк.
– Не похоже, чтобы он нами восхищался.

– Если, - величественно добавил Лал Али Хаваб, - вы и впредь будете такими дилетантами, как до сих пор, то как бы мне не пришлось требовать за вас выкуп.

– Вот те на, будь я проклят, - изумился Фрэнк.
– Вы только послушайте только этого маленького засранца!

– Вобби, - вмешалась Николь Хоффман.
– Вспомни, что ты говорил насчет мудрости.

Фрэнк вел машину подчеркнуто осторожно, так что очередная полицейская машина пропустила их и пристроилась слева. Пока бело-зеленая машина скользила рядом, они застыли словно истуканы, упорно глядя только вперед. Но двое патрульных "понтиак" абсолютно игнорировали.

Патрисия заметила, что Фрэнк вел машину одной рукой, а второй нервно сжимал и отпускал револьвер.

– Нам повезет, если "додж" ещё там, - заметил Марк.

– Что ты сделал с ключами?
– спросил Фрэнк.

– Они у меня в кармане.

– Ты уверен?

Марк кивнул.

– Я проверял их каждую минуту.

Фрэнк с Патрисией переглянулись, и Фрэнк шлепнул её по ноге. Положив руку на её шорты, он ощутил, какие они мокрые. Мокрые и холодные.

Он нахмурился. Стрелка спидометра резко прыгнула вправо.

На 61-й улице он свернул и пересек Первую авеню. Потом в медленно текущем потоке машин добрался до 72-й и без особых предосторожностей свернул прямо на нее. "Додж" был все там же, где они его оставили, так далеко от тротуара, что перегородил целую полосу. Никто его не тронул. Такси с горящим фонарем "свободно" стояло, конечно, не по правилам, но ничьего внимания не привлекло.

Марк отогнал "додж" в конец 72-й улицы. Там, в тупике, они перевели Лал Али Хаваба и Николь Хоффман в "додж", а "понтиак" бросили.

"Додж" повел Марк. Патрисия сидела рядом. Лал Али Хаваб лежал на полу под задним сиденьем. Фрэнк усадил Николь Хоффман рядом с собой предупредив, что раздробит ей челюсть револьвером, если она попробует снова что-нибудь выкинуть.

Они тормознули возле телефонной будки на 90-й улице, и Патрисия позвонила Памеле. Та сказала, что, насколько она знает, все в порядке. Патрисия сообщила, что они решили не привозить посла домой, пока не стемнеет. Придется ездить до аэропорта и обратно, чтобы убить время. Памеле нужно приготовиться принять двоих гостей. Один из них - женщина.

В восемь вечера все уже были в безопасности в квартире. Кроме Джоша.

Лал Али Хаваба и Николь приковали к трубам в ванной. Чтобы добраться до стальных водопроводных труб, Фрэнку пришлось снять панель под раковиной. Цепи обернули вокруг этих труб и заперли на висячий замок.

Длиной цепи были футов пятнадцать, не меньше. Через всю ванную они дотягивались до холла. Там на полу, возле самой двери в ванную, валялся матрас с кровати из маленькой спальни. Идея заключалась в том, чтобы пленники могли пользоваться удобствами, не отвязываясь. Весь день им предстояло сидеть на матрасе, а ночью спать на нем, но всегда под чьи-нибудь надзором. И никогда бы не пришлось снимать оковы.

Из-за того, что одежда пленников промокла и запачкалась, Лала Али Хаваба и Николь раздели до белья. Посол, как оказалось, носил белую набедренную повязку. Теперь, когда он, скрестив ноги, восседал на матрасе, стало очень похоже на тот образ Индии, который царит в голове у каждого.

– Все, чего ему не хватает - это тюрбана и бороды, - заметила Патрисия.

– Да, и ещё жужжащих вокруг мух, - добавила Джуди.

Николь осталась в трусиках и лифчике. Цепь обвивала её талию наподобие пояса. А на пупке лежал замок - как драгоценность, сказал Марк.