— Мэллори, подожди!

Я замираю, и мой желудок скручивается и превращается в крошечные узлы. Ну и черт с ним. У меня все шло так хорошо, а потом ленточному червю пришлось снова появиться на свет.

Закусим губу, я поворачиваюсь и обнаруживаю, что Сэйнт почти бежит ко мне, когда я начинаю входить в учебный корпус.

— Да? — спрашиваю я с чуть большей язвительностью в голосе, чем намеревалась. Он, кажется, не замечает, и останавливается рядом со мной и обхватывает пальцами мою руку.

Электричество закручивается спиралью под моей кожей при соприкосновении, и я резко вдыхаю через слегка приоткрытые губы.

И снова он, кажется, ничего не замечает.

— Я рад, что нашел тебя, — выдыхает он.

— В смысле? Почему ты вообще меня искал? — Он знает мое расписание вдоль и поперек. — Я думала, ты просто решил игнорировать тот факт, что я жива сегодня. Это, как правило, нормально с твоей стороны, ты же знаешь.

Он проводит свободной рукой по лицу, затем одаривает меня подобием улыбки.

— Думаю, я это заслужил, да? Послушай, Эллис, мне очень жаль.

Я делаю шаг назад. Сэйнт… прости? За то время, что я его знаю, я могу пересчитать по пальцам одной руки, сколько раз Сэйнт Анжелл извинялся, и большинство этих извинений сочились презрением. И теперь он говорит мне, что сожалеет о том, что бросил меня? Не звуча как эгоистичный придурок?

— Ты заболел?

Должно быть, так оно и есть, потому что, когда какая-то хихикающая брюнетка с крошечным стеганым рюкзачком от Шанель нарочно врезается в меня и бормочет: — Детоубийца, он поворачивается к ней.

— Ты будешь следующей, сука, если не заткнешься нахуй.

Она убегает, ее розовая сумка хлопает по ее тощей спине.

Я потираю виски, щурясь на него.

— Что это было?

Слегка надавливая на мою руку, он ведет меня к

небольшой нише в коридоре, подальше от потока движения, когда другие ученики спешат на свои занятия.

— Ты и я, — говорит он тихим голосом. — Мы прогуливаем. Мои пальцы все еще прижаты к вискам. Это настолько не нормально, что мне приходится повторять то, что он сказал, просто чтобы убедиться, что я правильно его расслышала.

— Это ещё что это такое? — Уголки моих губ подергиваются, несмотря на мое раздражение им. — Ты хочешь, чтобы я пропустила урок с тобой?

— Это хорошая идея, согласись. Твоя киска поблагодарит тебя, Эллис, поверь мне.

Та часть тела, о которой идет речь, сжимается в ответ. Прошло так много времени с тех пор, как мы встречались, что я испытываю искушение сдаться и пойти с ним только ради этого.

Как бы весело и заманчиво это ни звучало, однако я знаю, что должна ему отказать. Сегодня утром я приняла решение, и если я сдамся и нарушу данное себе обещание, то вернусь к тому, что было с ним. Я этого не хочу.

Я хочу чего-то… большего.

Даже если признаться в этом самой себе-это совершенно.

— Не сегодня.

— Признайся, маленькая мазохистка, ты этого хочешь. Я вижу это в твоих глазах.

Хотя он, как всегда, подначивает меня, на этот раз в этом есть что-то особенное. Может быть, это из-за неглубокого пульсирующего дыхания из его губ или из-за напряженных плеч, но что — то не так. И в конце концов, это тот же самый парень, о котором меня предупреждали с самого первого дня в этой школе

— Я не могу пропустить. Моя стипендия строго регламентирует мою посещаемость, а потом сегодня утром я получила свое первое письмо о поступлении в колледж, так что…

Когда я направляюсь в класс, он обходит меня, используя свое мускулистое тело, чтобы преградить мне путь.

— Ты туда не пойдешь, — рычит он.

— Почему нет?

Он проводит пальцами по волосам, и он действительно выглядит встревоженным, но теперь ему удалось встряхнуть меня.

— Убирайся с моего пути

— Эллис, прекрати, блядь, двигаться и послушай хоть раз в своей жизни!

Я замираю как раз перед тем, как подойти к двери, и поворачиваюсь к нему лицом.

— Почему?

— Просто… доверься мне. Не ходи туда.

Его слова возымели эффект, противоположный тому, что он хотел увидеть, потому что теперь я умираю от желания узнать, в чем дело. Какой свежий ад Лорел и ее друзья приготовили для меня на этот раз.

Расправив плечи, я отворачиваюсь от него и шагаю в дверной проем.

— Мэллори, черт возьми!

Мои глаза обшаривают комнату, и в одно мгновение я понимаю, что именно Сэйнт пытается помешать мне увидеть. Единственное, или, вернее, единственный человек, который когда — либо мог заставить меня чувствовать себя в безопасности, находится в классе.