– Нет, ваше высочество, - сказал Пинопан, наклоняясь, чтобы поднять длинный деревянный брус.
– Физическое понятие.

Брус был широким, почти десять сантиметров, и длиннее роста Поэртены - вероятно, заменил бы недостающий рычаг. Оружейник мгновение созерцал это, затем сбросил свой рюкзак и нырнул внутрь.

– Хорошо, сначала ты достаешь экстрактор метафизических сущностей, - согласился Роджер и взглянул на двоюродного брата Растара.
– Хонал, эта комната охраняется?

– Ну, нас не контратаковали, - сказал кавалерист.
– Пока.

– Черт возьми, на этой гребаной планете нет определения безопасности, - сказал Поэртена, извлекая рулон скотча из пакета.
– И, конечно же, я не собирался покупать метафизический экстрактор!

– Конечно, нет, - сказал Роджер, опускаясь на одно колено и поднимая брус.
– Я должен был догадаться, что это будет космическая лента. Это, или сброшенный шнур. Что еще? И что именно мы собираемся с этим делать?

– Что ж, - ответил Поэртена, потянувшись к верхней части рюкзака.
– Ты знаешь, когда мы впервые встретились.

Роджер настороженно посмотрел на гаечный ключ, вспомнив неподатливый комплект доспехов и оружейника, который так быстро избавил его от него.

– Ты же не собираешься ударить меня этим, верно?

– Нет, - сказал Поэртена, укладывая рукоятку гаечного ключа вдоль бруса и начиная наклеивать ленту, - но мы собираемся посмотреть, сможет ли это сдвинуть мир с мертвой точки!

* * *

Док Добреску покачал головой, проводя стерилизатором по своим рукам. У них было более двух дюжин раненых, но из тех, кто мог выжить, Корду было хуже всех.

– Все, чем я хотел быть, это пилотом, - пробормотал он, опускаясь на колени рядом с шаманом. Он посмотрел на местную женщину, которая где-то по пути сбросила свою обволакивающую маскировку.
– Для этого мне понадобится шесть рук, так что ты выбрана. Протяни свои руки.

– Что это?
– спросила Пиди, протягивая все четыре руки, когда человек провел по ним палочкой.

– Это отпугивает демонов, - огрызнулся Добреску.
– Это уменьшит инфекцию - вы бы назвали это кишечной лихорадкой. Он сильно пострадал, так что это не остановит его полностью. Но это остановит нас от распространения инфекции.

– Он умрет, - тихо сказал Пиди.
– Я чую нутром. Он умрет. Мой бенан. Что я могу сказать своему отцу?

– К черту твоего отца, - прорычал Добреску. Он похлопал по лбу самку, которая, казалось, вот-вот уплывет в страну ла-ла.
– Эй! Блондиночка, посмотри на меня!

Пиди вскинула голову, чтобы зарычать на медика, но застыла, увидев выражение его лица.

– Мы не собираемся терять его!
– рявкнул Добреску и снова стукнул ее по лбу. Потяжелее.
– Мы. Не. Собираемся. Терять... Его. Вбей это себе в голову и будь готова помочь. Понимаешь?

– Что я должна делать?
– спросила Пиди.

– Именно то, что я говорю, - спокойно ответил Добреску. Он посмотрел на месиво в животе Корда и покачал головой.
– Я чертов медик, а не ксенохирург.

Корд был без сознания и дышал неглубоко. Добреску интубировал шамана и подключил кислородную линию. У него не было приличного обезболивающего для мардуканцев или газового баллончика, если уж на то пошло. Но он сделал шаману инъекцию "сонного сока", экстракта одного из самых вредных представителей фауны Мардука, столбчатого убийцы. Если бы он правильно подобрал дозировку, Корд бы ничего не почувствовал. И он может даже очнуться после "операции".

– Поехали, - пробормотал уоррент-офицер, беря копье за древко.

Он начал с того, что с помощью лазерного скальпеля удлинил отверстие в брюшной стенке. Мышцы шамана обвились вокруг наконечника копья, и было необходимо открыть отверстие наружу, чтобы извлечь оружие. Он применил два автоэкстрактора, которые медленно раздвигали отверстие, по очереди освобождая каждый из надрезанных слоев.

Наконец-то он хорошенько рассмотрел повреждения, и они были довольно серьезными. Копье воткнулось в край мардуканского эквивалента печени, который находился примерно там же, где и у людей. Чуть впереди того места, где, казалось, заканчивалось копье, был массивный кровеносный сосуд, и Добреску снова покачал головой, радуясь удаче шамана. Еще миллиметр или сильный толчок на пути, и Корд истек бы кровью через минуту.

Наконечник копья также пробил толстую, тонкую и среднюю кишки шамана - последняя особенность мардуканцев, не имеющая человеческого аналога, - и разорвал вторичный желудок. Но повреждения каждого органа были незначительными, и, похоже, ему не пришлось бы ничего резецировать.

Худшая проблема заключалась в том, что был проколот меньший кровеносный сосуд, вена. Если они не зашьют рану в ближайшее время, шаман все равно истечет кровью до смерти. Единственная причина, по которой он еще не истек, заключалась в том, что копье частично закрывало прокол.