— Я бы лучше готовить научилась, – проговорила неуверенно Лили.

— Это легко организовать, – кивнул Мирослав, – только за собой убирать сама будешь. И во всем будешь слушать старшую кухарку. Характер у нее не сахар.

На удивление для всех Лили нашла общий язык с кухаркой и теперь с удовольствием бегала не только на тренировки по борьбе, но и на кухню учиться готовить.

— Я думал, она быстро сдастся, – как-то поделился Мирослав с женой, – а она с таким энтузиазмом учится. Хотя я не совсем понимаю, зачем ей это?

— Мало ли что может в жизни пригодиться, – философски проговорила, слушая родителей.

Я на самом деле тоже ходила с Лили на кухню. Но мне в силу возраста разрешили только наблюдать или давали делать что-то скучное – к примеру, перебирать ягоды или орехи. Кухарка наше желание учиться готовить воспринимала просто как прихоть и часто ворчала по этому поводу, но учила.

Еще через несколько дней прибежал один из военных и через секретаря Мирослава передал записку, которую вручили страже на воротах.

— Кто записку передал? – спросил Мирослав, с силой сжимая кулаки, потом глянул на меня и усмехнулся.

— Какой-то мальчик, ему заплатили за это.

— Сочувствую я им, еще сами попросят, чтобы мы ее забрали.

— Что там? – спросила, подходя к отцу.

Он подхватил меня на руки и дал прочитать корявый почерк.

— Лили похитили и хотят выкуп. Хм, действительно самоубийцы. Эта маленькая фурия доведет их, еще сами попросятся ее забрать.

— Я думал, ты о ней другого мнения. Вы ведь хорошо ладите.

— Да, мы хорошо ладим. Но тем, кто пытается ее ограничивать и загонять в угол, я не завидую. Она ведь и родителям истерики закатывала, потому что они пытались заставить ее делать то, чего она не хотела. И ведь сломить ее не удалось, она только скорлупку нарастила.

Пока Лили не вернулась, пошла на кухню, хорошая смена обстановки. Кухарка дала мне перебирать мелкие орешки и мимоходом сказала:

— Не ешь их, – она всегда так говорила, когда я орехи или ягоды перебирала.

Не удержалась и через пол часа съела три ореха. Эния заметила это и побелела. Быстро подлетела ко мне, даже не знала, что с ее габаритами можно так быстро двигаться.

— Выплюнь орех!

С недоумением посмотрела на нее.

— Ты его проглотила? – я кивнула. – Сколько съела? – испуганный вопрос.

— Три.

Она подхватила меня на руки и побежала.

— Я же говорила, не есть орехи, это мыльный орешник. Он для чистки посуды. Ох, дитя, глупое. Мне твой отец голову с плеч снимет за тебя. Надеюсь, Анре сможет помочь.

Она вбежала в кабинет лекаря и быстро протараторила, что я съела орехи мыльного орешника.

— Вроде, девочка неглупая, – сказал Анре, – ты зачем его ела, у него же вкус гадкий.

— Не такой и гадкий.

Лекарь взял стакан с водой и накапал в него зеленой жидкости.

— Пей до дна, – приказал мне и предупредил: – Учти, вкус противный.

Пока я пила, он откуда-то достал тазик и подставил мне. Как раз вовремя, меня сразу же стошнило и все орехи вышли. Обиженно посмотрела на Анре. Он дал обычной воды и вытер мое лицо.

— Лучше спрашивай, что за орехи, а то от этих у тебя бы потом сильно болел живот. Все, можешь идти с Энией.

Эния взяла меня на руки и пошла кухню.

— Вот думаю, стоит ли вас и дальше на кухню пускать, – с напускной строгостью сказала женщина, – думала, дам твердые орехи перебрать, для маленьких пальчиков полезное дело. Даже предположить не могла, что вы их есть будете. У них же даже запах мыла!

Я только насупилась виновато. Кухарка погладила по голове. На кухне нас уже ждали Лида и работники. Чувствовалось, что они напряжены. Но когда увидели, что со мной все хорошо, повеселели и продолжили заниматься своими делами как ни в чем не бывало.

— Госпожа, у вас занятие по математике, – напомнила Лида.

Я нахмурилась. Вот зачем они меня заставляют учить то, что я и так уже хорошо знаю.

— Ваш отец сказал, будет присутствовать сегодня.

— А Лили еще не вернулась?

Лида улыбнулась и мотнула головой.

— Эх, сочувствую я похитителям. Еще и доплачивать будут за нее.

— Госпожу Лилию похитили? – встрепенулась кухарка.

— Ага, самоубийцы, – фыркнула я, – ты же помнишь, какие она истерики может закатывать.