– То есть, ты решила, что для борьбы с влечением нужно дать доступ к моей голой попе?

– Нет… – я вздохнула. – Хотела, чтоб он увидел, как ты прекрасна после этой пытки.

Маша кивнула и, как будто стесняясь, ещё сильнее закуталась в полотенце. Она не обиделась, однако в её глазах мелькнуло нечто дьявольского происхождения.

– Ника, ты монстр, – грозно нахмурив брови, подруга спешно вооружилась веником. – Жаждешь прощения? Тогда ложись и терпи – я отхлестаю не больнее Димы.

Молча поднявшись, я послушно разделась и растянулась на горячей полке.

– Ну что, готова? – почти скопировав мужа, она склонилась над моей спиною.

– Всегда готова, – пролепетала я и сжала зубы, зарываясь в волосы.

Вернувшись в дом, я заглянула к Насте и только после проскользнула в спальню. Дима не спал. Забравшись под одеяло, он что-то пристально изучал в смартфоне. И даже моё внезапное появление не повлияло на его занятие.

– А, это ты, – сухо заметил он, не отрывая от экрана взгляда. – Ну, с лёгким паром. Я уж было подумал, что ты решила ночевать в гостиной.

– Ха, не дождёшься, – ослабив пояс халата, я аккуратно присела на край кровати. Тело горело – каждая клетка кожи словно взрывалась от контакта с тканью. А при малейшем касании пяток пола вовсе хотелось зареветь от боли.

– Мне извиниться? – всё так же глядя в смартфон, со скрытой злостью поинтересовался Дима.

– Нет. Это лишнее, – к глазам подступили слёзы, и я в отчаянии закрыла лицо ладонями. – Безмозглая дура… Всегда творю что хочу, а после сама же от того страдаю. Вот объясни… С какой загадочной целью я пригласила с нами третьей Машу?

– А что такого? – муж слегка удивился. – Вы вроде как бы столько лет подруги…

– Мы-то подруги. Но ты смотрел на неё как на желаннейшую во вселенной женщину. И это при том, – меня начало трясти, – что я фактически сидела рядом!

– Ника…

– Да знаю. Весна, гормоны, природа… Есть миллионы оправданий этому. Ты невиновен. Виновна глупая женщина, уже наказанная за свою ошибку.

В знак доказательства я развязала пояс и осторожно избавилась от халата. Дима сдержался. И всё же я уловила, насколько частым стало его дыхание.

– Это…

– Увы. В отличие от тебя, Маше, похоже, не хватило опыта. Зато мы квиты, – шутка вышла не очень, и я скривилась от нестерпимой боли.

– Ник, я сейчас, – буквально слетев с кровати, муж в два мгновенья добежал до тумбочки. Дёрнул за ящик, достал спасительный крем и весь трясущийся опустился рядом.

– Вы сумасшедшие… – он выдавил крем мне на спину и начал нежно растирать ладонью. – Две идиотки. Ради всего святого, что ты надеялась доказать мне этим?

Жгучая боль сменилась приятным покалыванием, и я невольно застонала от наслаждения.

– Дима, ты чудо. Только на твой вопрос я всё равно не сочиню ответа. Мне просто хотелось, чтоб между тобой и Машей возникло нечто, отличное от симпатии.

– Ну и? Возникло? Я уже битый час сижу, мечтая о её голой заднице. Ибо твоя, – муж злорадно хихикнул, – вместо желания вызывает жалость.

Я понимала, что это всего лишь шутка, пусть и дошедшая до опасной грани. В Димином стиле – режущая как нож и заставляющая трепыхаться сердце. Но промолчать, покончив с пикантной темой, у меня снова не хватило мудрости.

– А если так? – стремительно обернувшись, я смерила мужа возмущённым взглядом. Хищно моргнула и, сунув руку в трусы, бесцеремонно прикоснулась к члену. – Чёрт! Ты серьёзно? – казалось, его орудие готово выстрелить от одного контакта.

– Ника, не надо… – муж из последних сил пытался справиться с желанием плоти. – Ты же не сможешь. А мне настолько хреново, что не ручаюсь за свою реакцию.

– Сейчас проверим, – я подалась вперёд, непроизвольно опуская голову. Он отстранился. Тогда я склонилась ниже и прикоснулась волосами к члену. Дима застыл. С его пересохших губ сорвалось дикое сладостное мычание.

– А ты сомневался, – забравшись вся на кровать, я повалила свою жертву на спину. Именно жертву – во мне пробудилась хищница, уже готовая растерзать добычу. И только всевышний, украдкой глядя на нас, знал все причины моего безумия.

Не буду лукавить – я по ряду причин была всегда консервативна в сексе. Что, разумеется, не очень нравилось мужу и раз в полгода приводило к ссорам. Порою серьёзным: развод мы не обсуждали, но могли сутки не говорить друг с другом. А в результате, как истинный джентльмен, Дима всё время оставался с носом.