Дело принимало серьезный оборот. Где-то поблизости должен был развеваться черный пиратский флаг. Наверняка, зловредная сетка — дело их рук, расчет на то, что наша канонерка попадет в тупик, и им удастся обстрелять ее из своего логова. Если бы я плыл на военном судне, может, и вправду, растерялся бы, такой прочной казалась сетка, таким непреодолимым — препятствие. Но в этой сетке я успел заметить дыру, у самой воды, которую, вероятно, проделал какой-нибудь маленький зверек, например, кролик, а там где проскачет кролик, проберется и мальчишка, пусть даже слегка промокнув и погрузив ногу в ручей. Итак, проход был осуществлен и я оказался внутри, запыхавшийся, однако, целый и невредимый.

Здесь не было ни ежевичных кустов, ни трепещущей листвы деревьев. Аккуратно подстриженные террасы, выложенные по краям камнями и украшенные урнами, изящно спускались ступенями вниз, туда, где укрощенный и выдрессированный ручей переливался из одного мраморного бассейна в другой, водная поверхность которых словно отражала красный отблеск чешуи золотой рыбки посреди многочисленных водяных лилий. В этот задумчивый полдень все было погружено в сон: павлин на лужайке дремал, присев на траву, ни одна рыбка не плескалась в водной глади бассейнов, ни одна птичка не чирикала в тщательно выстриженных кустах. Наконец-то! Я попал в сад Спящей Красавицы!

В те дни я питал особое недоверие к двум типам людей: лесникам и садовникам. Никто из них, стоит заметить, не омрачил своим присутствием чудесное утро, и потому я решился исследовать сад, полный роскошных клумб. Я искал принцессу. Все вокруг просто кричало о ее присутствии, без нее и ухоженность и красота теряли смысл. Меня бесконечно манила беседка с золотистой крышей, увитая цветущим жасмином. Там, только там, ждала она спасительного поцелуя. Интуиция и некоторое знакомство с привычками принцесс вели меня по правильному пути. Она была там, правда не погруженная в волшебный сон, а смеющаяся. Рядом с ней на мраморной скамье сидел взрослый мужчина и держал ее за руку, которую она, смеясь, пыталась высвободить. (Что касается возраста, то сейчас я предполагаю, что он не превышал 20-ти лет, но детям не свойственно обращать внимание на такие мелочи. Для них в мире живут два типа людей: взрослые и дети, и первые всячески высокомерны по отношению ко вторым и безнадежно далеки от них. Двое в беседке явно принадлежали к взрослым.) Я замер, раздумывая о том, что все-таки странно уединяться в беседке, когда можно поудить рыбу или поохотиться на бабочек. В этот момент молодой человек заметил меня.

— Привет, парень! — неожиданно сказал он. — Ты откуда взялся?

— Я шел вверх по ручью, — объяснил я вежливо и понятно. — Я ищу принцессу.

— Значит, ты — маленький водяной, — ответил взрослый. — Ну вот, ты нашел принцессу. Она тебе нравится?

— Да, она красивая, — ответил я.

Безусловно, я говорил правду, льстить я никогда не умел.

— Но, она не спит, наверное, ее кто-то уже поцеловал!

Моя простая догадка очень рассмешила взрослого. Принцесса покраснела, вскочила на ноги и объявила, что пора к столу.

— Пойдем с нами, маленький водяной, — предложил мужчина, — пора и тебе подкрепиться. Ты, наверняка, голоден.

Я пошел с ними, совсем не мучаясь ложным чувством неловкости. Каждый день, в полдень, мы садились за стол, и сегодняшний день не был исключением. За чьим именно столом пить чай, не имело особого значения. Дворец принцессы оказался очень красивым, просто великолепным, таким, каким и должен быть дворец. На пороге нас встретила величественная дама, еще более взрослая, чем принцесса, скорей всего, ее мать. Мой взрослый друг был очень добр и представил меня, как морского капитана. Он сказал, что я прибыл из Олдершота. Я не знал, где находится этот город, но у меня не возникло желания спорить с взрослым. Взрослые, как правило, любят точность в деталях, это единственный дар воображения, который им доступен.

Угощение было вкусным и сытным. Еще один джентльмен в красивой одежде, лорд, скорей всего, усадил меня на стул с высокой резной спинкой и стоял сзади, предупреждая каждое мое желание, словно неотвратимая Судьба. Я пытался рассказать им о себе, откуда я на самом деле, хвастался зубной щеткой и доской Гарольда, однако, или они просто ничего не поняли, или так принято в Волшебной стране — отвечать смехом на каждое слово собеседника. Наконец, мой взрослый друг добродушно произнес:

— Ладно, маленький водяной, ты вылез из ручья, думаю, больше нам ничего знать не нужно.

Лорд вел себя очень сдержанно и не проронил ни слова.

После чая, я гулял по саду вместе с принцессой и взрослым другом и был очень этим горд. Я рассказал другу, о чем мечтаю, а он поделился со мной своими надеждами, а потом я заметил:

— Вы, наверное, поженитесь.

Он засмеялся в ответ, как это принято в Волшебной стране.

— Потому что иначе вы поступить не можете, — добавил я, — вы должны пожениться.

Я хотел сказать только, что если кто-то нашел принцессу, которая живет в таком прекрасном дворце, он не может не жениться на ней, потому что тогда, он нарушит все правила сказки.

Они снова рассмеялись, и взрослый друг предложил мне спуститься к бассейну и полюбоваться золотой рыбкой. Я чувствовал себя сонным, поэтому не спорил с ним. На прощание взрослый вложил мне в руку две монетки по полкроны, в подарок мне и другим маленьким водяным, как он сказал. Я был так тронут этим неожиданным дружеским жестом, что чуть не расплакался; после я часто вспоминал его великодушие, намного чаще, чем то, что принцесса, прежде чем уйти, наклонилась и поцеловала меня.

Я смотрел им вслед, они медленно уходили по тропинке (как красиво выглядит объятие в Волшебной стране) а потом прижался щекой к прохладному мрамору и, убаюканный журчанием воды, соскользнул в страну снов, покинув ту, в которой пребывал до этого, будь она реальной или сказочной. Когда я проснулся, солнце уже садилось, ледяной ветер трепал листья деревьев, и павлин на лужайке резко кричал, предчувствуя дождь. Дикий беспричинный страх охватил меня, и я помчался прочь из сада, как нашкодивший хулиган, протиснулся сквозь кроличью дыру и поспешил домой, подгоняемый невыразимым ужасом. Монетки по полкроны радостно позвякивали в кармане, твердые и настоящие, но смогу ли я пронести это сокровище сквозь лес, полный разбойников.