Отпустив шею трупа, я изловчился и встал на ноги.

Подручный Корсакова грудой тряпья валялся внутри моего кокона.

— Впечатляет, — произнес Корсаков и картинно похлопал в ладоши. — Эй! — Крикнул он.

Из-за стены прибежал бугай и уставился на труп товарища.

— Бери алебарду и тащи ее сюда!

Бугай выбежал из комнаты и через пару секунд вернулся с алебардой.

— Суй ее в пузырь! — приказал Корсаков. — Да не прямо, суй сбоку! Тут он ее ногами перехватит.

Бугай послушался и принялся пропихивать алебарду справа.

Я попытался наколдовать щупальце или хотя бы просто энергетическую нить, но ничего не выходило.

Заметив мои попытки, Корсаков понял, что я делаю и ухмыльнулся.

Алебарда шла тяжело, но бугай не сдавался. Наконец ему удалось задуманное.

Я пытался извернуться, но у меня никак не получалось схватить оружие ногами. Повиснуть на цепи я не мог. Противовес сейчас никто не держал, а мой вес тянул меня вниз.

В попытке увернуться от острого наконечника, я неудачно напоролся на него, и острая боль прошила бок. Прокол был не глубокий, но кровь потекла. Скатилась по коже, впиталась в штаны, мгновенно окрасив их темным. Я чувствовал, что бугай не дает мне вывернуться и избавиться от лезвия в моем боку.

— Режь его! — закричал Корсаков.

Бугай зло ухмыльнулся и дернул алебарду так, что выдрал мне кусок кожи вместе с мясом. Я застонал, со всей силы стиснув челюсти. Во рту почувствовался вкус железа. Видимо прокусил себе щеку.

Вот теперь кровь лила из бока по-настоящему.

Я почувствовал, как густая жидкость начала срываться с пальцев ног и падать вниз. Изворачиваться стало сложно. Боль не давала даже согнуться. Я повис на цепях и тут же оказался стоящим на коленях.

Посмотрев вниз, я увидел, как лужица крови растекается по канавкам меж камней на полу. На полу?! Что за чёрт! А как же кокон?

Корсаков достал откуда-то стеклянный флакончик подошел ближе и наклонившись набрал несколько капель крови в стекляшку.

Меня замутило, голова закружилась.

— Сними защиту, заморожу рану, — предложил мне Корсаков. — Не хочу, чтобы ты сдох прямо сейчас. Хочу видеть выражение твоей морды, когда у меня все получится.

Я и так уже терял концентрацию, перед глазами начало плыть.

— Давай, поторопись! — подгонял меня Корсаков. — Или ты сдохнуть тут собрался? Смотри, можешь и помереть, мне все равно.

Я представил, как он подходит к моему телу и снимает с него медальон, именно так, как он и говорил с моего мертвого тела. Хрен ему позволю такое сделать! И лечить себя не позволю. Помощь врага потом может обернуться подставой. Злость сейчас мой лучший друг! Я ощущал, как это чувство растекается по жилам, наполняя силой все тело.

Кокон кровь не держал, что было странно, но видимо так и должно быть, раз Корсаков не удивился, но он предложил заморозить рану, значит возможность сделать это магией есть.

Я прикрыл глаза, стиснул зубы и представил, как желтая игла, тянет за собой тонкую светящуюся нитку энергии. Как стежок за стежком я стягиваю края раны, как нити держат плоть. А кровь, да и фиг с ней, сможет протечь, так пусть течет.

— Потрясающе! — воскликнул Корсаков. — Я почти не верю в то, что вижу, но это потрясающе!

Я открыл глаза.

Прямо передо мной стоял Корсаков и рассматривал зашитую чистой энергией рану.

Кокона вокруг меня не было. Видимо, все силы ушли на штопку.

Одним молниеносным движением Корсаков сорвал с меня медальон. Я дёрнулся, но цепи не позволили что-то противопоставить этому движению.

Хриплый смех врага был мне противен.

— Зови сюда Богдана, — приказал бугаю Корсаков.

Я медленно но верно приходил в себя. Потеря крови сказывалась. Слабость и головокружение все еще мучали меня.

Через несколько минут в дверях появился бугай. Следом за ним шел молодой человек весьма яркой наружности. Темные длинные волосы были распущены и спадали ниже плеч. Явная горбинка на тонком аристократическом носу и пухлые губы казались немного несуразными на бледном вытянутом лице. Ростом парнишка был выше меня, но казался худым.

Если бы меня спросили может ли он быть моим родственником по отцовской линии, я бы ответил, что точно нет. Судя по всему, так оно и было.

Я проводил взглядом парня, который подошел вплотную к Корсакову, и тот ему что-то объяснял. Затем отдал флакончик с моей кровью и медальон. Чешуйку горного змея паршивец нацепил на шею, а флакончик положил в карман штанов. Переполнявшая меня злость нашла выход, и я зарычал.

Отойдя на приличное от меня расстояние и встав так, что между нами оказался Корсаков, парень выпрямился, прикрыл глаза и замер. Кажется, он меня боялся.