Шрифт:
Однажды, как сейчас помню, он узнал, что мои родители празднуют годовщину свадьбы. Принц Датский подошел ко мне на перемене, сунул в руку листок и сказал:
— Вот… пришло кое-что на ум. Может, тебе будет приятно?
И убежал. На листке было написано:
В этот день, поздравив папу с мамой, Обстановку трезво оцени: Страшная была бы в жизни драма, Если бы не встретились они! Если бы твой папа не женился, Никогда б ты, Алик, не родился!В его груди билось доброе, благородное сердце!
Я читал, что поэты часто дружили между собой: Пушкин с Дельвигом, Шиллер с Гёте… А Принц Датский дружил с Генкой Покойником.
Покойник писал стихи о любви… Это был человек лет тринадцати. Ростом он был невысок, в плечах неширок, фигурой толстоват. Лицо его было покрыто мертвенной бледностью. И вообще он очень хотел умереть.
Жить не стоит, В том нету сомнений! Сердце в муке сгорело дотла, Когда ты на большой перемене К старшекласснику вдруг подошла.Над этим стихотворением стояли две буквы: «А. Я.».
А в поэме, первое чтение которой состоялось у нас в уборной, на втором этаже, были такие слова:
Умереть, умереть, умереть! И не видеть мне белого света, Чтоб уже никогда не смотреть, Как с другим ты идешь из буфета!..Под названием поэмы тоже стояли две буквы: «Б. Ю.».
Нам очень хотелось узнать, из-за кого Покойник так ужасно страдал. Мы проверили по классному журналу: девчонок с такими инициалами у нас в классе не было.
— Может, из другой школы?.. — высказал кто-то предположение.
Внезапно меня озарила догадка:
— Нет! Они обе из нашей школы, иначе бы он не видел, как А. Я. на большой перемене подошла к старшекласснику и как Б. Ю. шла с другим из буфета!
— Это верно!.. Настоящий Детектив: какая сила логического мышления! — стали восторгаться ребята.
Только Принц Датский сказал:
— Не трогайте Покойника!.. Кто его тронет, тот будет иметь дело со мной.
И хотя большая физическая сила сочеталась в нем с детской застенчивостью, все знали: Покойника он в обиду не даст. Он уважал его, потому что сам не умел писать стихи о любви.
— А только это и есть истинная поэзия! — воскликнул как-то Принц Датский. — Все классики с раннего детства писали о любви. Таланты надо беречь!
Это было его яркой особенностью: восторгаться другими.
— Почему же ты сам сочиняешь стихи к разным датам? — спросил я Принца.
— Людям приятно, когда их поздравляют… Особенно в рифму, — ответил он.
— А ты пиши и о любви тоже!
— Чтоб писать о ней, надо ее испытать, — ответил Принц Датский. — К Покойнику уже пришло это счастье, а ко мне еще нет.
К Покойнику это счастье приходило уже в третий раз. Вообще он вел рассеянный образ жизни. Все свои последние стихотворения он посвящал какой-то В. Э. Она еще не спускалась с другим в буфет, но Покойник все равно жить не хотел.
Умереть мое сердце готово, Разорваться в груди, как снаряд, За одно твое нежное слово, За один твой доверчивый взгляд.Я набрался мужества и спросил:
— Скажи: кто она… В. Э.?
— Разве это не было бы чудовищно?..
— Что… чудовищно?
— Разве я могу открыть ее имя?
— А почему?
— Тебе непонятно?
Это было его яркой особенностью: отвечать на вопрос вопросом.
— Но почему же? — настаивал я.
— Разве мужчина имеет на это право?
В его чахлой груди билось пылкое, благородное сердце.
Принца с Покойником сразу приняли в литературный кружок. Попросилась в кружок и Валя Миронова.
Это было белокурое существо лет двенадцати с половиной. То есть в прошлом году, когда создавался кружок, все мы были на год моложе… Но в той страшной истории, которую я хочу рассказать, это не играет существенной роли.
Миронова была самым белокурым и самым старательным существом у нас в классе. Она, казалось, всегда думала об одном: как бы ей в чем-нибудь перевыполнить норму. Если учительница задавала на дом решить семь арифметических примеров, Миронова поднимала руку и спрашивала: