— Ты всё еще злишься? – осторожно, боясь повысить голос, спросил я.

— Ох, Артур, опять думаешь, что вокруг тебя крутится весь мир? Вокруг тебя и Офелии.

— Хватит уже о ней говорить!

Стоило ей произнести имя Офелии, как меня тут же обуяла ярость. Все разговоры только об Офелии и о моих с ней отношениях, меня это дико злило и выводило из равновесия.

— Что это? Ревность?

— Еще чего? – Сильвия хмыкнула, а я-таки посмотрел на неё. Она повернула голову в бок, на щеках зардел легкий румянец.

— Тогда почему тебя так это волнует? – теперь моя очередь смотреть на неё сверху вниз.

Встал со скамьи, подошел ближе, рукой провел от уха до подбородка и развернул к себе, заглянул в её кошачьи глаза. Наше дыхание сбилось. Её яркие губы манили меня с еще большей силой. Не в силах больше сдерживаться, прильнул у её губам. Сильвия поначалу сопротивлялась, но затем напряжение спало и она поддалась моей страсти. Эта женщина сводила меня с ума. Или это всё вина солнца, что прожигало своими лучами каждый сантиметр земли.

— Что ты со мной делаешь? — насытившись достаточно, я отстранился, говоря в её распухшие от поцелуя губы.

Она не стала отвечать, а просто закрыла глаза и снова поцеловала меня. Руками я скользил по её спине, бедрам, Сильвия протянула руки до моей рубахи начала снимать её с меня.

— Нас могут увидеть, – прошептал, не открывая глаз.

— Я прикажу им всё забыть.

В тот момент, мне стало абсолютно всё равно, использует ли на ком-то Сильвия свою силу, я хотел эту женщину прямо здесь. Интересно, видел ли это баобаб что-то подобное раньше? Его расходящиеся по кругу ветви дарили спасение, пока мы, подобно диким зверям сливались друг с другом раз за разом на горячей земле.

— Что это? — Сильвия лежала на моем плече, переодевшись в мою рубаху, оказавшуюся в более приличном состоянии, и крутила пальцами кулон на моей шее. – Я таких никогда не видела. “Смерть – это только начало”. Какая глубокомысленная фраза.

— Это матери. Единственное напоминание о ней, не считая того, что хранят воспоминания.

— Сапфир красивый, но я предпочитаю изумруды. Но в целом вещица интересная.

— Обычная побрякушка, одна из многих.

— В этом мире нет ничего обычного, как бы сильно ты не пытался это отрицать. Люди веками ищут лекарства от смерти, а этот кулон, как символ того, что у наших душ есть множество других воплощений и надо прожить их все. Для человека, не верящего в Богов, очень странно, что ты носишь это на шее.

— Я же сказал, для меня этот кулон имеет совсем другое значение, – я привстал на локтях и забрал из рук Сильвии украшение.

— Людям всегда нужно за что-то цепляться. Все неустанно хотят понять смысл жизни, но они забывают о самой жизни в моменте.

Поднялся ветер и волосы Сильвии покачивались от его легких порывов. Из-за того, что мы довольно сильно вспотели, ветер казался просто ледяным и пронизывающим насквозь.

— Госпожа!

Анна появилась как снег на голову и смерила меня очередным презренным взглядом, осмотрев с ног до головы. Встала на одно колено перед Сильвией, заведя одну руку за спину и склонилась в поклоне.

— Что такое?

— Пришли вести из дворца. На Императора Ариджита совершено покушение и сейчас он погружен в сон разума. Прогнозы неутешительные. Первый советник Кон де Валь назначен регентом по решению совета.

— Советник, а не Императрица? — Сильвия удивилась, а я напрягся.

— Она слишком потрясена и находится не в самом лучшем состоянии. Такие слухи.

— А нападавший? Его поймали?

— Нападавший был… — Анна исподлобья посмотрела на меня. — Бывший генерал Ястребов и телохранитель Императора, Себастьян Фокс, приговорен к повешению на городской площади.

Внутри меня всё упало. Как? Себастьян? Тот, кто всей душой болел за Империю и её будущее, мой лучший друг? В ушах зазвенело, будто меня оглушили.

—... сбежал.

— Что? Повтори! — я схватил Анну за плечи и потряс.

— Я говорю, он сбежал из-под стражи и объявлен в розыск.

Сильвия сменила удивленный тон на решительный и строгий.

— Нет времени ждать. Анна, собирай совет. Артур, одевайся. Кажется, мы слишком долго развлекались.

Артур

Кабинет Сильвии не сильно отличался убранством от других комнат, но что особенно выделялось – все бумаги лежали край к краю, а перья выложены по возрастанию, как и чернильницы. В комнате было очень много света – три окна закрывал лишь тонкий полупрозрачный тюль, а сами окна выходили на площадь, открывая большой обзор на центр города. Перед основным столом, за которым сидела Сильвия, стоял еще один для посетителей, образовывая букву Т, и шесть стульев. В столешнице второго стола была выгравирована карта Бейрана, а некоторые города и территории помечены различными мини флагштоками с серебряными мачтами и шелковыми флагами. Около стены справа висели удивительного вида часы, состоящие будто из одних шестеренок и драгоценных камней, но ценность была явно не в том, что рубины или изумруды; зачарованные Кристаллы,назначение которых в таком тандеме и не угадать; в центре красовалась эмблема клана. Санфорт вообще кишел символикой, говорящей то об учениях Акдаса, то о принадлежности клана к Солнечной богине Вхану. Часы внешне чем-то напоминали тот ящик, который Фелицио показывал на корабле. Они совсем не тикали, да и стрелки не двигались.