– Зачем видения, в которых ты ничего не видишь? – непонимающе нахмурился Колин, поглаживая по спине севшую рядом с ним Элиз. Я заметила колкий взгляд Ника.

– Я не уверена, что эти видения специальные. Это скорее… как временной разрыв, в который мне удается пробиться.

– Но если ты видишь определенные символы, это не так…

– Обзор не всегда бывает четким, – уклончиво ответила я.

– Но ты ни разу не видела видений вне стен академии, – продолжил Колин. – Значит, ты связана с этим местом.

Я на секунду замерла. Даже во снах я не могла покинуть это место. Нет, я никогда не горела желанием исследовать окружающий мир, вырваться из академии, но все же было обидно, что за всю жизнь я не видела ничего, кроме каменных стен этого замка, скал, леса и озера с опушкой. В книгах так интересно описывался окружающий мир, а еще интереснее на их страницах были запечатлены люди. Такие подобные нам, но в то же время совершенно иные. Они будто стремились компенсировать отсутствие магии и постоянно рвались что-то доказать другим в науке, политике, исследованиях мира. Это умиляло.

Когда-то мне довелось читать о том, что лучшие человеческие ученые трудились над созданием некого «философского камня» просто чтобы превращать один металл в другой.

– Я думаю, что твои видения связаны с твоим будущим или будущим академии. Ты же видела три тела, а после…

– Колин, – осекла его Элиза.

Я вздохнула, перебирая в пальцах край одеяла.

– Я пыталась донести что-то до Мортиуса, но он…

Я сжала губы, смотря в окно. Солнце давно село, за приоткрытыми ставнями мерно шумели верхушки могучих елей, кричали ночные птицы.

– Тогда мы можем заняться этим самостоятельно. Ясно же, что происходит что-то не то. Мортиус впервые ввел настолько практические занятия… Хотя система образования в академии давно нуждалась в реформировании. Люди придумали отличную систему, – увлеченно начал рассказывать Херст. Люди были его страстью. – Студентам не обязательно изучать абсолютно все предметы, они могут выбрать направление, в котором хотят развиваться и углубленно изучать только его.

– Глупости, – рассмеялась Элиз. – Они такие наивные. А что если понадобятся знания в других сферах.

– Для этого они обращаются к другим специалистам, – пожал плечами Колин.

– Надо полагаться только на себя, на свои способности, – нахмурилась я.

– А если нет способностей? – он посмотрел прямо на меня, а я отпрянула, качая головой. Несколько секунд мы сидели в тишине. – Извини, я не…

– Все нормально, – холодно ответила я. Подобное меня давно не ранило. – Я считаю, что человек не может знать, в чем он талантлив.

– У них образование многоступенчатое. Сначала обязательное для всех, одинаковое, потом уже исходя из интересов люди выбирают.

– Ты постоянно говоришь о людях, – вздохнул Ник, падая на кровать рядом со мной. – Я бы кинул в тебя подушку, но Эстер меня задушит.

– Официально даю разрешение, – улыбку сдержать сложно. Я порой поражаюсь бесконечной энергии Ника. Он подобно солнечному лучику, пробивающемуся сквозь грозовые тучи.

Ник с радостью подхватил одну из моих подушек и швырнул в Колина, тот поймал ее на лету и тут же вернул прямо в лицо Ренару. Тот, уже не спрашивая разрешение, подскочил на ноги. Я наблюдала за его пружинистыми движениями, даже не возражая. Ник подхватил еще одну подушку. Мне так не хватало наших обычных посиделок и таких веселых вечеров, что сейчас это стало настоящим лекарством от происходящего вокруг кошмара.

– Это война, господин Херст, – игриво сказал он.

– Да? – приподнял брови Колин. Нечасто я видела его таким… несерьезным. От этого непроизвольная улыбка стала еще шире.

– Ой… – Эли отползла в сторону, забирая свои подушки к себе. Я откинула одеяло и прижала к себе последнюю оставшуюся подушку, которую Ник, приличия ради, не стал вытаскивать прямо из-за моей спины.

Полетела первая подушка, Колин уклонился, отчего она ударила Элизу прямо в лицо. Та с притворным возмущением вскочила, встала прямо за спиной своего парня и начала закидывать нас с Ником всем, что попадалось под руки. Помимо подушек в нас полетела ночнушка, книга и плюшевый медведь, привезенным Колиным из его путешествия в человеческий мир. Ник работал за нас двоих, я все еще чувствовала тягучую слабость в мышцах, отчего движения были будто бы заторможенные.

– Все! – закричал Ник и, прежде чем кто-либо успел понять, что это значит, прыгнул прямо на Колина, поваливая того на кровать. Элиз с визгом и звонким смехом скатилась на пол, утянув за собой одеяло. Я пыталась перевести дыхание, наблюдая за тем, как мальчики барахтаются в шуточном бое.

Как ни странно, Ник довольно долго удерживал широкоплечего и достаточно крепкого Колина прижатым к кровати. Ренар прижимал коленями руки Херста к матрасу, а сам нещадно щекотал обездвиженного противника. За их оглушающим смехом вперемешку с угрозами расправы я не услышала настойчивый стук в дверь. Внезапно все в комнате затихли. Ник так и замер сверху Колина, оглядываясь на дверь.