– Все, – по-прежнему шепотом ответила леди Сания. – Но я связана давними клятвами и обязана молчать.

Адель лишь кивнула – все-таки ей удалось заполучить интересную союзницу.

После того как Хозяйка Гардероба помогла ей восстановить узор, покрыв его некой блестящей жидкостью для пущей верности, они вошли в зал с танцующими парами. Девушки оттачивали свои навыки танцев, повторяя движения за утонченной особой с высокой, закрученной в спираль прической. Скорее всего, они и так уже знали движения, знали, к чему их готовят.

– Это Лессия Патриц, мы зовем ее просто Па. Наша учительница танцев и придворного этикета, – сообщила ей леди Сания, но в следующую секунду Адель подхватили за талию и закружили в танце.

Поначалу тело отказывалось слушаться, она наступала своему кавалеру на ноги – она немного умела танцевать, но не так уверенно, как другие девушки. Даже они внимательно слушали, что говорила наставница. Но вот Адель перехватил другой кавалер, и она с некоторым облегчением поняла, что это ее «приятель» Анри.

– Давно не виделись, сударь.

– Давненько, мадемуазель. Вижу, ваши туфельки все еще при вас.

– Что это за птица? – спросила Адель, подмечая, с какой непринужденностью Анри выполнял каждое новое движение танца и увлекал ее за собой. Она кивнула на маску.

– Как же, мадемуазель. Это малиновка. Я думал, все хорошенькие девушки разбираются нынче в птичках.

– Что ж, сударь. Значит, я не такая уж и хорошенькая или…

– Не продолжайте, – усмехнулся Анри и покружил ее, но потом веселая музыка сменилась на более мрачную.

– Что это за танец? – спросила Адель.

– Мистерия, – ответил Анри. – Вы подзабыли движения?

– Пожалуй, – улыбнулась она, – не продемонстрируете?

С Анри время утекало слишком быстро, и Адель удивлялась, что за окнами еще ночь. Все эти репетиции, кружение по залу – Адель пыталась сообразить, к чему все это, шло ли все своим чередом и что следовало сделать, чтобы найти Грааль, но, возможно, стоило немного подождать. И в действительности, вскоре Лессия Патриц громко хлопнула в ладоши и воскликнула:

– Мы готовы!

Двери в следующую залу распахнулись, и вот теперь Адель действительно ахнула. Она попала на самый настоящий бал. Девушкам вручили ажурные маски и пропустили внутрь.

По залу уже скользили пары – мужчины в черных фраках, женщины в дивных белых платьях, и все до единого были в масках. Зал оказался огромным – и в него только что вошло тридцать пять девушек в платьях всех оттенков синего, словно волна, что разбилась о мраморный берег.

Вдалеке Адель заметила троны принцесс и львиное кресло Канцлера, которое пустовало, а его темная фигура маячила среди группы мужчин, что-то пламенно обсуждающих.

Вдруг с ней поравнялась Джудит и с улыбкой сказала:

– Надеюсь, у тебя все в порядке? Похоже, ты не очень любишь танцы?

– Что ты, я их обожаю! – воскликнула Адель, сверкнув улыбкой.

– Не переживай, все будет хорошо, и знай, что всегда можешь на меня положиться. Надеюсь, больше не возникнет хлопот, как с туфельками.

– С туфельками? – переспросила Адель.

– Марси велела девушкам спрятать от тебя все пары, – неодобрительно сказала Джудит и ушла вперед.

Адель отыскала эту самовлюбленную нахалку Марси взглядом – та, конечно же, стояла впереди всех. Ну ничего, она обязательно отомстит. К тому же Адель достались самые лучшие туфельки! Да и кавалер оказался ничего… Во время «репетиции» Адель порывалась пару раз спросить Анри про Николетт, но решила, что сейчас не самый лучший момент. Сначала нужно устроить свою судьбу, а потом интересоваться чужими. Печальная правда жизни. Кто заботился обо всех подряд – всегда сам оставался с носом.

Музыка все лилась и лилась по залу, но танцующие пары понемногу уходили вглубь, оставались лишь некоторые мужчины, которые приглашали на танец одну за другой девушек с гвоздикой в руке. Адель осмотрелась в поиске Анри – наверняка он составит ей компанию, – но вдруг увидела, как он подхватил в танце Марси, которая прильнула к нему чересчур сильно, запуская ладонь в его волосы. Насколько это благопристойно? Адель невольно поморщилась.

Принцесса Элейна сидела на троне, сменив наряд с золотого на алый, и хлопала в ладоши, а ее сестры молчаливо взирали на все происходящее, как каменные горгульи.

В какой-то момент Адель поняла, что и Джудит пригласил на танец кавалер – правда, он годился ей в отцы, – и другие девушки уже кружились по залу, только она осталась стоять, будто бы в нерешительности. Почему же ее никто не приглашал?

Кровь застучала в висках, сердце заколотилось чаще, когда в голове Адель вспыхнула безумная мысль. Она не может просто так стоять здесь и ничего не делать. Ее жизнь не будет зависеть от выбора каких-то мужчин. Если она будет королевой – нет, когда она будет королевой, – она будет выбирать сама.