— Тогда морозь лед и роксы. — твердо подтвердил мужчина. — ДиМейн будет через 15 минут у твоих ворот.

— Скажи на вахте ИскИну, что я в 59-ой. — закончил я беседу.

Илья — мой старинный друг. Жизнь развела после школы. Поздравляли друг друга с праздниками, но не более. Была нетоксичная отмазка: в разных городах, выросли, интересы потерялись в рутине и т. д… но я всегда понимал, что это лишь отговорка. Тем более последние несколько лет мы жили чуть ли не по соседству. Он тоже играл, да и играет. Рыцарь-паладин 88-го уровня, в первой тысяче. Крайне прокачанный игрок, состоит в сильной гильдии и, в целом, производит впечатление рубаха-парня. Он и в жизни такой. Широченный, в двери боком входит, с детства занимается. На стимуляторы не пересел, за что ему уважение. Хотя, по нынешним временам это безопасно, не вызывает побочных эффектов и в целом дает результаты лучше, чем обычная тренировка. Он всегда говорил — я сам кузнец своего счастья и тела. Вот, видимо, и кует до сих пор.

Я прикинул, что в комбайн стоит закинуть и вторую порцию. А то и двойную. Что у меня там есть? Говядина вагю, не то, страусиный омлет, не то, сациви? То, что надо! Он всегда уважал традиционное.

Выставив в параметры комбайна максимальный набор белков, я запустил процесс приготовления смеси. А пока, попросил Ма подключить что-то из современной музыки. Сейчас в топах новый жанр, «Клаудберст», как название вроде как какого-то вымершего растения. Звучание буквально обволакивает, как низко идущее облако, дергая за ниточки удовольствий. Настроение совсем похорошело, я и стал забывать, что от роскошных расходников вскоре придется отказываться.

Закинул в морозилку пару роксов и выбрал конфигурацию заготовки льда, стал дожидаться друга. Может, заказать дрона-доставщика с чем-то натуральным? Хотя бы цитрусы, чтоб не одна синтетика. Да, хорошая идея.

— Ма, закажи из маркета три разновидности цитрусов с доставкой дроном. Оплата при получении.

— Принято, хозяин. В ближайшем магазине в наличии есть лимоны, лайм, апельсины и мандарины. Что оставить? — уточнила ИИ-помощница.

— Долой мандарины. Только ноябрь, рано еще…

— Исполняю. — в интерфейсе Ма прошло уведомление о резерве юдди под покупку.

Комбайн выдал оповещение о готовности еды почти одновременно с уведомлением. В 59-ую квартиру пожаловал гость.

— Хозяин, пришел запрос на доступ к частно…

— Впустить. — перебил я.

— Доступ разрешен. — беспристрастно ответила помощница.

Я успел засервировать скромный стол и, получив еще одно уведомление, теперь уже о доставке, вышел на балкон. Холодрыга. Дрон с корзиной фруктов запросил авторизацию. Я приложил к нему руку, тактильная авторизация пройдена. Сначала думал, не получится, моя ведущая рука правая. А она в бинтах. Но и левой сработало. Дрон улетел, а я с пакетом вернулся в тепло.

В квартиру, тем временем, ввалился великан. Нет, не так. Великан! Ну и здоровый же он, не хотелось бы встретиться с ним в темной подворотне у студии аркданса.

— Вот смотрю на тебя, и вижу труп неудачника. — сказал Илья первое, едва разулся.

— А я смотрю на тебя, и вижу, что покалечу тебя за такие подколы. — огрызнулся я, упустив из рук лимон. Рука все еще болит.

— И куда тут ставить-то? — спросил здоровяк, скидывая на диван рюкзак и держа в руках по пакету.

— Это так ты воспринял бутылочку бурбона? — удивленно уточнял я, уже зная, что друг ответит.

— Как будто ты думал, будет иначе. — вытащив пару пузырей, улыбнулся Илья.

— Нет, друже, не думал. — я хмыкнул, действительно не ожидая чего-то другого.

Мы расселись за столом, разлили по первому бокалу, и под мерное жевание товарища выпили. Я нарезал фруктовую тарелку, не желая прерывать тишину. Но этого и не требовалось.

— Мне Артур позвонил. — начал Илья. — говорит, тебя крепко заклинило, как персонажа потерял. Ты как? — он был участен, и, казалось, действительно переживал.

— Да в порядке. Просто… Ему четыре было, я столько сил вложил. Еще бы чуть-чуть и нырнул к пятисотникам. — запричитал я, не раскрывая всей правды.

— Не представляю, как тебе дерьмово. А с рукой чего? — кивнул он на мою правую, сам в это время поднял бокал.

— Да откат накрыл, думал ласты склею. За пивом в холодильник потянулся и выронил. Осколком посекло. Жить буду, кишки не выпали. — отшутился я. Не рассказывать же ему про Вихрь.

— Да уж, Соломоновский админ долго причитал, что ты нагадил и свалил. Но он не в обиде, просил передать. Только без пива не возвращайся. — Илья потянулся бокалом к моему.

— А как же. — хмыкнул я, ударяя бокалом в ответ.

Какое-то время мы выпивали, памятуя веселые школьные годы. Как я в холодное январское утро написал на запотевшем стекле пальцем «Жванко сладкая». И это была не первая красавица на деревне, а строгий, злобный научрук. В жизни я два раза боялся смерти — вот тот день был одним из таких, когда непосредственно Жванко застала меня за завершением художеств наоконной живописи.

Или когда приехали телевизионщики, снимавшие репортаж для интранета о «заботе об окружающей среде». Нас с другом, как самых отбитых, за три минуты натаскали на интервью и отправили вешать скворечники под камеру. И никому не пришла в голову мысль, что скворцов уже давно как в городах не водится. Зато грамоту получили.