— Ты прав… Возможно, ты прав. Хорошо. Почему ты не оставил яйцо себе?

Я покачал головой.

— Я не глупец, мастер Линь. Я не смогу вырастить дракона в одиночку. Это слишком большая ответственность и слишком большая цель для одного человека. Нужно будет уделять этому все время, а у меня другие планы. Секта сможет сделать это лучше. Но прошу одного — обещайте мне, что секта взрастит этого дракона и не пустит его на мясо или продажу.

Линь отвел взгляд. Его голос стал куда угрюмее.

— Посмотрим. Ничего пока обещать не буду — у нас хватает проблем и помимо того, чтобы драконов размножать.

Он кивнул, махнул рукой и куда-то пошел.

Я тоже побрел прочь. Хотел дойти до комнаты и принять долгий горячий душ, но не получилось. Из-за угла почти бегом появился слуга. Он выглядел взволнованным, но старался держать лицо.

— Это для вас, господин Ян, — пробормотал он, протягивая мне сложенный кусок бумаги. — То есть, от господина Яна, вам.

Я взял записку и развернул ее. Почерк был незнакомым — изящный, аккуратный, почти каллиграфический.

«Сожалею, что так случилось с твоей ящерицей. Не передумал работать на меня? У тебя еще осталось много ценного. Я могу забирать по кусочку все, что тебе интересно и важно, и задавать этот вопрос раз за разом».

Я сжал записку в кулаке. Потом разжал пальцы, и на камни дорожки полетели обрывки ледяного крошева, в которое превратилась промороженная бумага. Вопреки инею на руках, злость, медленно захлестывающая меня, была ужасно горячей.

Так вот, что он имел в виду, убеждая меня беречь все дорогое.

Я медленно вдохнул и выдохнул, стараясь успокоиться.

Угрожать можно только тем, от кого хочешь или планируешь избавиться. Но не зельевару, которого ты хочешь завербовать, и который может сварить тебе комбинированный яд вместо эликсира здоровья. Угрожая мне и пытаясь вынудить меня сотрудничать через страх, он выглядит тупее того кресла, на котором сидит. Но ведь это не так, верно? Он не идиот.

Я начал размышлять.

Возможно, что он все это спланировал заранее? Что если он хотел именно такой моей реакции? Угрожает моей матери — я отвечаю ему грубостью. Он «оскорбляется» и дает отмашку своей команде, отправляя ее свежевать дракона. Дальше — я либо игнорирую его угрозы, либо снова посылаю его к демонам, а он продолжает: забирать травы с острова или разрушает то, что для меня важно.

Но почему секта проглотила это? Почему никто не спеленал этого старика после его прямых угроз? Почему мастер Линь позволил этому случиться?

Для меня это слабость. Чего они настолько боятся?

Я дошел до своей комнаты и закрыл за собой дверь.

Если Ян Стап хочет войны — он ее получит. На этот раз без мастера Линя, которого можно развернуть парой фраз, и без своих приятелей, в принципе бесполезных в противостоянии со стариком. Хватит одного меня, зелий и заклинания. На этот раз все сделаю сам и заодно узнаю, что остановило мастера Линя, и чем Ян Стап шантажировал секту.

Я подошел к своему рабочему столу, достал расширенную аптечку.

В первую очередь выпил зелье ускорения. Затем — зелье каменной кожи, зелье выносливости. Надел пояс с отделениями под пузырьки, рассовал по нему два бутылька с зельем, которое заставляет людей терять сознание. Поколебался, держа в ладони два зелья с ядовитыми составами, но отложил. Меньше всего мне нужно, чтобы от неудачного удара старика флаконы разлетелись на осколки и вонзились мне в кожу.

Вооружившись копьем, я покинул территорию секты и направился в город. Дом Ян Стапа находился на окраине города. Я шел быстро и уверенно, не обращая внимания на прохожих и стражников.

— Давай посмотрим, насколько ты готов к тому хаосу, который ты сам вызвал, — пробормотал я, шагая с вполне определенной целью, и за определенной жизнью. И совесть меня ну нисколько не тревожила, и я не чувствовал внутреннего сопротивления при мысли, что возможно, придется убить старика.

Я шел по узкой дорожке, ведущей к аккуратному неприметному домику. Этот домик стоял на окраине, почти у самой городской стены, и выглядел неприметным, ничем не выделяясь из рядов окружающих строений. Ян Стап наверняка хотел привлекать как можно меньше внимания — проходя мимо дома ещё пару дней назад, я и не посмотрел бы в сторону старого рассохшегося кресла, и уж тем более не подумал, что здесь живёт практик.

Но на полпути до домика, когда крыша замаячила над садовыми деревьями, из-за спины раздался сиплый женский голос:

— Эй! Борнсон, верно? Не советую туда ходить.

Обернувшись, увидел и узнал мечницу из секты. Сяо Фэн, преподавательница боя на клинках. Широкоплечая, с рубахой, едва сходящейся на груди. Рукава закатаны до локтей.

Женщина стояла на одной ноге, подперев ограду чьего-то дома: стопа второй ноги вульгарно согнута в колене и упирается в забор.

Когда я проходил мимо этого двора секунды назад, там было пусто. Либо кто-то очень умело скрывается в тенях, либо обладает тягой к излишней эффектности.