Азрея сжала кулаки.

— Позвольте мне вырвать их поганые языки, милорд, — прошипела она, и температура воздуха вокруг неё упала на несколько градусов. — Я сделаю это быстро и…

Мещерский положил руку на её плечо, и Азрея мгновенно замерла, с благоговением глядя на него.

— Успокойся, — его голос был тих. — Они говорят о прошлом хозяине этого тела, а не обо мне. Жалкий дурак, который не смог распознать простейшую ловушку и завёл свой отряд прямо в логово лесных тварей.

Он улыбнулся холодной, расчётливой улыбкой.

— Его ошибки и слабости нас не касаются. Мы здесь не для того, чтобы устраивать бессмысленную резню, привлекая внимание. Сегодня я хочу увидеть его.

— Спиро Валентайна? — Азрея произнесла это имя с неприкрытой ненавистью.

— Именно… — кивнул Мещерский.

Они продолжили путь к арене, где проходил чемпионат. Охрана на входе попыталась остановить их, требуя документы, билеты или приглашение, но один взгляд золотых глаз Азреи погрузил стражников в кратковременный ступор, и пара беспрепятственно прошла внутрь.

Заняв места в верхнем секторе, откуда открывался идеальный обзор на всю арену, они терпеливо наблюдали за поединками. Мещерский почти не шевелился, лишь изредка слегка наклоняя голову, когда что-то привлекало его внимание. Азрея же постоянно находилась в движении — поправляла складки платья, убирала невидимые пылинки с плеч своего господина, с отвращением отодвигалась, когда кто-то из зрителей оказывался слишком близко.

— Взгляните, как они глазеют, милорд, — прошептала она с брезгливостью. — Словно животные в зоопарке. Если бы они знали, кто вы на самом деле, они падали бы ниц от одного вашего взгляда.

— Тише, — оборвал её Мещерский, подаваясь вперёд. — Следующий бой.

Громкоговоритель объявил имя Дмитрия Волконского, и на арену вышел юноша.

— Это он, милорд? — Азрея впилась взглядом в фигуру на арене. — Не понимаю, что в нём особенного. Обычный человек.

— Внешность обманчива, — Мещерский подался вперёд, не отрывая взгляда от Волконского. — Смотри внимательнее. Не на тело — на движения, на взгляд, на энергетические потоки.

Диктор представил соперника — мастера Шаолиньской школы Лю Вэй Чэня. Когда начался поединок, Мещерский наблюдал со сдержанным интересом.

— Видишь? — прошептал он. — Эта техника. В этом мире ей не обучают лекарей.

Азрея молча кивнула.

Когда бой продолжился, и Волконский использовал земляную поверхность арены как проводник для ментальной атаки, Мещерский резко выпрямился.

— Теперь я абсолютно уверен, — произнёс он с мрачным удовлетворением. — Это Спиро. Никто другой в этом мире не смог бы использовать силу лекаря через энергетический проводник низкого качества. Если они здесь вообще на это способны.

Мещерский наблюдал, как китайский маг рухнул на арену, а Волконский принял поздравления судьи.

— Что будем делать, милорд? — Азрея выглядела готовой немедленно броситься исполнять любой приказ.

Мещерский поднялся.

— Терпение, моя верная Азрея, — демонолог улыбнулся, обнажая зубы. — Скоро мы с ним покончим…

Мещерский покидал арену, Азрея двигалась позади.

— Теория подтверждена фактами, — произнёс Мещерский, не замедляя темпа. — Манера атаки, психологический рисунок поединка — всё указывает на одно. Перед нами Спиро Валентайн, завернутый в оболочку мальчишки.

Полуденный свет заливал академический двор, играя на изгибах фигуры Азреи. Её волосы переливались, а каждое движение подчёркивало изящные линии тела под тонкой тканью платья. Губы изогнулись в полуулыбке, когда она поймала взгляд проходящего мимо студента.

— Ваше слово — закон для вашей покорной слуги, — выдохнула она. — Позвольте мне извлечь его сердце из грудной клетки и преподнести вам, пока оно ещё бьётся. Моё тело жаждет стать инструментом вашей воли.

В уголках губ Мещерского промелькнула тень усмешки:

— Твоя… преданность не знает границ, Азрея. Но это не компенсирует недостаток стратегического мышления. Успешный удар по фигуре такого калибра, требует алгоритма действий с точностью часового механизма. Одно неверное движение — и все шестерни системы заклинит.

— Для вас нет невозможного! — глаза Азреи вспыхнули обожанием. — Ваш разум подобен лезвию, рассекающему…

— Довольно, — оборвал её Мещерский, останавливаясь у фонтана с изображением грифона. — Спиро оперирует техниками из прошлого мира.