Дух его беду почуял:

В крепких путах конь могучий,

Добрый пахаря помощник,

В этот час прощался с жизнью.

Конь от оводов жужжащих,

От докуки комариной

Уходил все дальше-дальше —

В глушь кустарников прохладных,

На окраину лесную, —

Там хотел он освежиться,

Постоять в тени деревьев,

Полежать в траве высокой,

Отдохнуть, избыть усталость.

А в лесу водились волки,

Звери хищные гнездились.

Конский дух влетел им в ноздри,

Кровожадным песьим нюхом

О гнедом они прознали.

Волки стаями сбежались,

Рыси вылезли из дебрей,

Собралось лисиц без счета,

Чтоб полакомиться мясом,

Жира сладкого отведать.

Вышли звери из чащобы,

Конский дух привел их прямо

На окраину лесную.

Калевов гнедой могучий

По ногам был крепко связан,

Был серебряной веревкой

На беду свою опутан.

Гибель скорую почуяв,

Поскакал конек в долину, —

Путы быстрого сдержали,

Той серебряной веревкой

Легкий бег его связали.

Он зверей хватал зубами,

Убивал копытом насмерть,

Волчьи головы дробил он,

Рвал-топтал он острозубых,

Бил их задними ногами,

Пробивал себе дорогу.

Сотнями побил волков он

И десятками медведей,

Но напрасно: из чащобы

Звери двигались без счета,

Птичьих стай необозримей —

Грызть живьем, терзать до смерти

Истомленного гнедого.

Наконец, иссякли силы,

Жизнь могучая угасла

Под железными когтями,

В скрежете зубов кровавых.

Пал, израненный, на землю

Калевитян конь любимый

Злым зверям на растерзанье.

Страшные следы оставил

Пахарю гнедой погибший:

На семь верст следы тянулись —

Знак погибельного боя.

Где врагов своих топтал он, —

Там возвысились курганы.

Где упал гнедой на землю, —

Яма там видна доныне.

Где растерзан был могучий, —

Там кровавые потоки

Собрались на дне лощины,

Стали озером широким.

Где его лежала печень, —

Там остался холм высокий,

Где нутро его истлело, —

Там раскинулось болото,

Топь глубокая разверзлась.

Где его упали кости, —

Встали холмики крутые.

Где осыпались шерстинки, —

Камыши зашелестели.

Где легла густая грива, —

Там тростник густой разросся.

Где простерся хвост широкий,

Вырос, зашумел кустарник,

Закурчавился орешник.

Так явил он, погибая,

Породил он, умирая, —

Калевов конек могучий, —

Знаки памяти навечно

О живых минувших былях

Для грядущих поколений[90]!

<