Шрифт:
– Так… давай-ка лучше не в бар, а домой.
Я утыкаюсь ему в плечо лбом. Что не так со мной?
– Можешь посмотреть, есть тут гостиница поблизости, я спать хочу, домой далеко.
– Уверена? Я могу проводить.
Ага… чтобы потом сказали, что по койкам скачу? То с одним, то с другим?
Артём открывает приложение. Пару минут жду.
– Идём, тут близко, в квартале от нас.
– У меня есть деньги.
– Я заказал, потом отдашь.
Мы с ней дружили. Я же всегда ей помогала. Про долги никогда не напоминала. Она все хотела себе мужа богатого найти, чтобы обеспечивал ее. Самой мозгов не хватило найти, так она нашла у меня? Ну ладно она. А он что? Ему что не так было?
“Зовет меня с собой в Европу, познакомить с родителями хочет. Я его знаю, Ин? Видела точно, но я пока не хочу говорить. Боюсь сглазить. Он так целуется…. а в постели, что творит… Я кончаю с ним по пять раз за ночь. Это просто…. чума какая-то. Мне уже перед соседями стыдно, что у нас стон целую ночь, но как, если с ним только так”
Те её слова триггерят. У нас наоборот, секс спокойный был. Нет, страсть, все такое, но я не выносила все эти крики и стоны, это же как-то… услышат короче все.
Я так перемалываю их в своих мыслях, что не замечаю, как Артём уже подводит меня к номеру в отеле. Даже не могу сказать, что за отель и где мы.
Открывает дверь ключ-картой и пропускает внутрь.
– Тут бар есть? – стягиваю сапоги.
– Хватит тебе уже. Спать ложись.
– А ты мне кто? Отец, муж, че командуешь?
Амосов сужает глаза и напрягает губы. Перегнула. Разувается и снимает куртку.
– А ты чего это тут раздеваешься?
– Спать тебя уложу и уйду.
Заглядывает в холодильник и закрывает.
– Есть что?
– Тебе хватит уже. – Закатывает рукава рубашки, обнажает руки. Как только такой большой и накачанный управляется с микрооперациями? Ещё и на живом сердце операции делает....
Меня ведет, мысли путаются, алкоголь в крови расслабляет.
– Ты же не останешься тут?
– Я пьяных девушек не соблазняю.
Пьяных или меня?
– А что так?
– Женя, давай раздевайся и спи.
– Нет, ты скажи, что не так!
– Все так.
– Что, не красивая?
– Красивая, ты, Жень, я тебе говорил.
– Тогда что не так со мной?
– Правда, мы с тобой как на разных языках говорим. Все с тобой нормально.
– Нормально? Нормальных не бросают. Не обманывают, не предают, – снова в слёзы. – Убирайся.
Обхожу его и выталкиваю из комнаты.
– Сами не понимаете, что вам надо.
– Женек, – подхватывает под бедра и поднимает.
– Вот не надо меня жалеть.
Чтобы не упасть и как-то удержать баланс, обнимаю его за шею. Губами мажу по его по лбу.
Картинка то плывет, то фокусируется. А я как только вспоминаю, так в слёзы. Мне хочется себя жалеть и жалеть. Жалеть и жалеть. Как теперь будет? Что делать? У нас какие-то планы общие были. Поездки, выходные наши. А теперь…
Отпускает, и я, касаясь его тела, соскальзываю на пол. Подол платья задирается. Стою на земле, но всё равно в его руках. Пространство сужается. Дышать тяжело становится. Амосов наклоняется ко мне.
Облизываю губы. Кровь ускоряется, а в голове шум. Все мысли затирает. Что такое хорошо, что такое плохо, уже не соображаю.
Варианта два, чем закончится ночь. Я вроде как уже свободная девушка, с другой стороны, беспорядочные связи – это не про меня. А Амосов никак уж не порядочный.
Глава 19
В полумраке смотрим друг другу в глаза. В его взгляде смесь порока с алкоголем. И лишь пара грамм целомудрия, не дающих переступить черту.
Ведёт, вдавливая пальцы в кожу, вверх вдоль позвоночника. Опускается на шею, сжимает, подтягивая к себе.
Соски скукоживаются и царапаются о ткань платья. Он же в первый вечер дал понять, что ему надо. Развлечение на ночь. И плевать, что у меня парень. Тогда... Сейчас, знает, кто кто мой отец и думает о рисках. Взвешивает последствия, хотя дай волю…
Облизываю пересохшие от частого дыхания губы.
– Блять, – не сдерживается и дергает на себя, пока губами не встречается с моими. Настойчиво мнет и целует, пальцы массируют заднюю сторону шеи, вторая рука сжимает ягодицу. Между ног тепло и томно становится.