В низ живота упирается его каменная эрекция. Хочет меня. Знать это – одно, ощущать – меня всю ломать начинает. Я же только вот.… ещё днем была девушкой одного, а сейчас уже с другим. И это даже.… черт возьми, не ощущается неправильным.

Отвечаю на поцелуй. Запускаю пальцы ему в волосы и стягиваю их. Льну к его телу. Глубокий вдох – и плыву от его аромата вперемешку с алкоголем. В жар бросает от близости. Пальчики на ногах от предвкушения чего-то запретного подгибаются.

Артём подталкивает меня и впечатывает спиной в стену. Задирает платье и сжимает ягодицу. Мы как на минном поле. Никто не знает чего ждать от другого, где рванет, какие ждут последствия, но до чертиков хочется пересечь черту.

Упираюсь затылком в стену, подставляю ему шею. Кожа тут же откликается мурашками на влажные поцелуи по коже.

– Не была бы дочкой Гуляева… – на выдохе, сдерживая себя в продолжении.

– Не был бы ты папиным лучшим врачом, Амосов.…

Я ведь его тоже подставлю, если папа узнает.

Прикусывает сильнее мою губу. Эта связь будет катастрофична для всех, но у меня нет сил оттолкнуть. Наоборот запускаю руки под его футболку. Ноготками веду по мышцам. Они тут же откликаются и напрягаются. Косые мышцы живота.… широчайшая, трапециевидная, ромбовидная… не мужчина – а ходячая анатомия секса.

– Один раз, Амосов, и как будто ничего не было, – выдыхаю в губы.

Вместо согласия моё платье стягивает вверх через голову.

– И не обсуждаем это ни с кем.

Тяну руки к нижней пуговице на рубашке, быстро их одна за другой расстегиваю. Раз уж мой на этот вечер, то надо все испробовать.

Замирает на секунды. Любуется на меня, скалится. Я теку от его этого похотливого взгляда. Один раз ведь можно как хочешь себя вести.

Сама поднимаюсь на носочки и целую его в шею. На кончике языка жжет от терпкого привкуса. Трусь губами, щекой. Стягиваю с него рубашку.

Мы ведь знакомы неделю, а по ощущениям сейчас вообще нет никаких границ. Я его не знаю совсем, а доверяю.

Поднимает на меня глаза, похотливые до опьянения, на ощупь стягивает трусики. Оставляет в одних чулках.

Щелкает пряжкой ремня и раздевается полностью.

По венам коктейль из похоти и мести. Никто никогда не узнает, но я Вселенной хочу показать, что потерял мой бывший. Какая разница, кто вместо меня. Это всё равно буду не я. И со мной так нельзя.

Артём подхватывает под бедра и опускает на кровать.

Твердый упругий матрас подо мной. Прохладные простыни под кожей. И Амосов, такой притягательный, нависает надо мной, рассматривает. Один раз же… В больнице больше не появлюсь. Стыдно за себя не будет. Завожу руки за голову и любуюсь его телом. Рельефные волны дельтавидных мышц, ярко очерченные большие грудные мышцы, пресс и сексуально стекающие к паху косые мышцы.

Это божественно. Сглатываю скопившуюся слюну. Не стесняясь рассмтариваю, как Артём раскатывает по члену презерватив. Такой же большой и весь в венках. Идеальный вид, от которого уже хочется кончить.

Упирается головкой в меня. Водит по складочкам вверх и вниз. В голове туманит. Все плывет и я хочу скорее его в себе. Артём проводит большим пальцем по языку, смачивая его, и опускает мне на клитор. Начинает водить и входит одновременно.

Тяну воздух сквозь зубы и закрываю глаза. Прикусываю зубами пальцы. Как же это… по другому. Вроде процесс тот же, а все по новому. Приятно тянет и ноет.

Я как на первой операции. Страшно, опасно, последствия не известны, но адреналина и желания столько, что уже не остановить. Ощущаю Артёма на всю длину.

Начинает двигаться.

Я закрываю глаза. Слышу только наши движения, кровать не скрипит, за стенами тишина. Сжимаю губы и выдыхаю через нос.

Артём наклоняется и раздвигает губами мои. Толкается в рот в такт движениям. Посасывает язык.

Ускоряется, провоцируя кровать скрипеть. Да. Хочу, чтобы вся гостиница знала, что мы тут делаем.

Шумно выдыхаю. На одном из них теряюсь и стону. И мне нравится это. Мне нравится, что там за стеной никто меня не знает, никто не будет обсуждать.

Каждое движение, оно жадное, оно вымученное, оно желанное. Он думал обо мне эту неделю, мечтал об этом.

Амосов резко выходит из меня и переворачивает на живот, подтягивает к себе. Гладит пальцами между складочек, размазывает смазку.

И я выгибаюсь навстречу. Вообще всё равно, как там сейчас выгляжу, что он об этом думает. Специально трусь о его живот попой. Артём ведет под кромкой резинки чулок и тянет вниз. Плевать, что хочет пусть делает, только продолжает.

И я снова чувствую его внутри. Растягивает меня там, полирует. Сжимает до синяков бедра и с разратными шлепками стучится в меня. Я упираюсь руками в спинку кровати. Хочу ещё больше звуков.