— Вижу. Сейчас, закончу с этой частью…

Тапок добил быстрыми выстрелами ещё одно малое ядро медузы и, вновь переключив свои «бластеры» в другой режим, щедро залил всё, что осталось от купола, сияющим полем огня. С шипением к небу поднялся очередной клуб дымо-пара.

Две человекоподобные фигуры стояли напротив собирающегося в колонну чудовищного творения вируса, готовые ко второму раунду. И монстр, и люди выглядели слегка потрёпанными, но несломленными.

Вова невесело ухмыльнулся.

— Летс мортал комбат бегин, да?

Тапок удивлённо глянул на него, явно не понимая смысла фразы.

Оно больше не было медузой.

Оно было примерно ничем — разрозненными кусками, разбросанными по площадке перед Ривендейлом. И эти части не лежали спокойненько, как полагается кускам разорванного живого организма. Определённо не лежали…

Медленно, целеустремлённо — все элементы долбаного монстра сползались к одной точке. Как ртуть, разлитая по поверхности пола, только уж больно неприглядно выглядели эти «шарики» — рваная, ни на что не похожая то ли жидкость, то ли слизь. Они собирались, сливались, и из этого слияния росло что-то новое.

— Не даём собраться, — сказал Тапок, и это уже было сказано без спокойствия, быстро и зло. — Испаряем куски по одному. Начинай с крупных.

Следующие несколько минут были чистым адом.

Они бегали по площадке, стреляя в куски Оно, которые пытались слиться. Тапок работал точно и экономно — его выстрелы испаряли именно то, во что он целился, ни больше ни меньше. Вова стрелял одиночными — неэффективно, он это понимал, но хоть что-то: его оружие не могло испарить кусок целиком, вместо этого оно дробило крупные фрагменты на более мелкие, давая напарнику время на то, чтобы сделать работу.

Проблема была в том, что кусков было много, они были быстрыми и пытались ещё и хитрить — отдавая какие-то фрагменты на уничтожение, остальные части в это время проскакивали к центральной колонне. Да, их становилось меньше — но недостаточно быстро.

Тапок что-то бормотал себе под нос — не по-русски, и явно считал. Он считает выстрелы, понял Вова. Кажется, у них возникли проблемы. Он решил спросить, насколько велика кроличья нора, но получил довольно резкий ответ.

— Сколько у тебя осталось? — крикнул Вова.

— Достаточно. Пока.

— Это не ответ!

— Это единственный ответ, который у меня есть. Кстати, лови, — Тапок перекинул Вове какой-то цилиндрик. — Вставишь в тыльник приклада. Это ещё один магазин — стреляй экономно, больше у меня нет, а вашими пукалками эту дрянь разве что рассмешить можно. Всё, погнали — кажется, эта хрень готова к следующему раунду.

Оно собралось.

Не полностью — часть кусков Тапок всё-таки успел уничтожить. Но большая часть собралась, и то, что получилось, было меньше исходного раза в полтора. Зато оно было другим.

Оно перестало пробовать человеческие формы. Похоже, чудовище разумно предполагало, что его основное оружие, помимо зомбирующего эффекта, не действовавшего ни на одного из двух врагов, — это страх. А чего боятся люди? Насекомых…

Из центра массы поднялось что-то, что Вова сначала принял за дерево. Потом понял, что это не дерево — это паук. Огромный, с туловищем размером с легковой автомобиль, с восемью длинными суставчатыми ногами, которые оно формировало прямо сейчас: из жижи выдавливая сегменты, твердеющие на воздухе до состояния хитина. Или чего-то похожего на хитин.

— Оно меняет тактику, — сказал Тапок. — Пытается нас деморализовать, ещё и адаптируется под моё оружие.

— Вижу. Оно стало пауком.

— Вижу. Восемь точек опоры — гораздо устойчивее. Сложнее опрокинуть, сложнее потерять форму под огнём лазера любой интенсивности. Ещё небось и броня теперь термостойкая. Умная тварь.

Паук двинулся — быстро, неожиданно быстро для такой массы. Ноги клацали по асфальту, круша всё, попадающее под них. Раздался «ба-м-м-м» — это был звук лопнувшей под тяжестью ноги существа крыши какого-то УАЗа. Нога на секунду задержалась, потом Оно приложило чуть больше усилий и просто вырвало кусок автомобиля. Тот со скрежетом просвистел мимо Вовы, разминувшись с Тапковой головой на считанные сантиметры.

Тапок не отступил. Он сделал что-то странное — быстрыми движениями что-то поснимал с одного пистолета, потом со второго. Сделал хитрые движения — и вот в его руках уже одно массивное оружие с толстенным рифлёным стволом. Тапок поднял этот супербластер двумя руками и выстрелил в ногу паука. Не в тело — в ногу. Эффект был в прямом смысле сногсшибательным.

Нога испарилась от колена до самого места прикрепления к торсу. Паук потерял равновесие — пять секунд хаоса, пока он перераспределял вес. Тапок за эти пять секунд снёс ещё три ноги, и туша чудовища рухнула на брюхо, окончательно погребая под собой несчастный «Патрик», ставший плоским железным блинчиком.