— Ори, а почему никто не покупает эти пустые здания на окраинах? — спросил я, глядя на череду тёмных силуэтов, мимо которых мы проезжали.

— Да кому они нужны? — он пожал плечами. — Сейчас строительный дроид за несколько дней построит практически любое здание с нуля. А эти старые, их надо сносить или перестраивать, коммуникации гнилые, а это всё креды. Корпорации, которые их строили, или разорились, или покинули планету. Денег снести у них нет, как и у администрации планеты. Вот и стоят они здесь никому не нужные.

— Может, потом новая корпорация придёт, купит, снесёт и построит, что-то под свои нужды?

— Новые корпорации обычно покупают незастроенный кусок земли и уже на нём строят. Не хотят они тратить время и креды на снос старого. Всегда выгоднее строить на свободной земле, чем возиться со сносом. Меньше разных юридических проблем.

Место на карте мне не нравилось. Здесь, всё открыто, а вокруг одни заброшенные здания с тёмными провалами окон. Удобно устроить засаду в каком-то из них.

— Там дроны не летают, наверное, из-за этого место и выбрали? — предположил я.

— Наверное, — согласился Ори. — Или там помехи для электроники. Что-то металлическое в строениях.

Багги майора Рикса, идущая впереди, свернула к комплексу бывшей текстильной фабрики. Издалека виднелись невысокие трубы и длинные приземистые корпуса производственных цехов. Некогда — предприятие, кормившее целый район. Теперь только пустые остовы цехов.

— Прибыли, — констатировал Ори, бросив взгляд на показания приборов.

Майор Рикс остановил свою машину у разрушенных ворот — одна створка была выломана полностью, другая держалась на одной петле и покачивалась на ветру с тихим металлическим скрежетом. Вокруг царила зловещая тишина

— Так, — сказал Рикс, дождавшись, когда мы подъедем. — Всё как планировали. Вы занимаете позицию вон на той трубе. Оттуда весь комплекс как на ладони.

— А где именно должна произойти встреча? — спросил у него.

— Центральная площадка между корпусами, — он указал на открытое пространство.

Я посмотрел туда, потом на трубу. Потом обратно на площадку.

— Тогда нет. Туда я не полезу.

— Почему? — Рикс слегка прищурился.

— Во-первых, я всегда сам выбираю позицию. Во-вторых, труба — это открытая мишень. Нас засекут раньше, чем мы успеем настроить аппаратуру. Мы займём позицию вон на том чердаке в той полуразрушенной трёхэтажке.

Про себя я ещё подумал: Ори с его громоздкой аппаратурой будет долго карабкаться наверх по открытой наружной лестнице, а потом также долго слезать. Это значит — две отличные мишени на фоне неба.

— Да там, может, чердака нет, сгнило всё.

— Не переживай. Мы лёгкие — доберёмся.

— Когда ожидаются гости? — поинтересовался Ори, уже прикидывая маршрут.

— Через полчаса должны подъехать первые. Время у нас есть.

Мы быстро выгрузились и направились к зданию. Внутри пахло сыростью и прелым деревом. Лестница оказалась частично разрушенной, как и предупреждал майор: несколько ступеней провалились, перила отсутствовали на целом пролёте, доски жалобно скрипели под ногами. Но пройти оказалось можно.

— Отличный обзор, — одобрил я, добравшись до чердака и заняв позицию у слухового окна.

Сквозь пыльное стекло — точнее, сквозь то, что от него осталось, — открывался вид на центральную площадку. Не идеально, но достаточно. Ори устроился рядом и начал настраивать микрофон дальнего действия: разложил штатив, закрепил направленную антенну, надел маленький наушник.

— Проверяю дальность, — сообщил он, направляя устройство на площадку. — Есть сигнал. Отлично, всё работает.

По рации голос майора Рикса прозвучал коротко:

— Все позиции заняты. Ждём гостей.

— Мы тоже на позиции, — ответил ему. — К встрече готовы.

Первыми, как и ожидалось, появились падальщики. Две багги въехали на территорию фабрики медленно, без огней. Остановились у эстакады. Из машин вышло пятеро в пустынной экипировке, лица скрыты под очками и козырьками шлемов.

— Узнаёшь кого-нибудь? — спросил Ори, настраивая бинокль.

— Пока нет, — ответил я вглядываясь. — Это точно не братья Сапфиро. Слишком маленькие по габаритам.