Вот я и напился, потому что иначе бы пол дома разнёс. Да вдобавок и этого Кирилла бы приложил, я уверен.

Я даже хреново помню, как доехал, если честно… Хорошо, что Тоха недалеко от меня живёт. И насколько вижу из окна свою тачку, она в полной порядке. Значит, всё было без эксцессов, слава Богу. Но лучше не рисковать.

Поднимаю трубку, еле отрывая башку от подушки.

– Да?

– Ник… С тобой всё в порядке?

– Да… А что…

– Кира тут в бешенстве с утра была, потому что ты так и не вернулся… Я вообще не понял, когда ты свалил… Все куда-то делись…

– Все? – снова запрокидываю голову. Вдруг есть какой-то шанс, что Женя уехала меня искать? Вдруг она меня искала и потеряла? У меня аж сердце начинает быстрее колотится от надежды об этом, но потом отец быстро прерывает этот порыв одной фразой.

– Женя с Кириллом утром, судя по всему, уехали, вместе…

Меня бомбит даже от произношения их имён в одном предложении. И хочется что-нибудь вокруг разнести, но не будешь же этим заниматься у друга в гостях в семь утра… Поэтому я просто скриплю зубами и проглатываю гордость, которой уже вообще, кажется, не осталось. Одна только видимость. Да и та, если приглядеться, вся растресканная, нахрен.

– Ну, конечно, – отрезаю, представляя, что они ночевали в одной комнате… На одной кровати…

И меня всего, сука, передёргивает. Просто будто ток по телу пустили. Высоковольтный. Смертельный… Издевательство.

Провожу ладонью по сонной роже и чувствую её запах… Просто руки ей пахнут. От и до… Сладко… Невозможно. Потрясающе. До безумия вкусно. С ума можно сойти. Нюхал бы и нюхал, как задрот последний. Что мне остаётся?

Вспоминаю, как трахал её вчера и всё по-новой, блин. Хочется… Зажать её, пройтись по телу руками, целовать, пока губы не заболят… Пока её тонкий голос не сорвётся подо мной от стонов, пока она вся взмыленная и уставшая не скажет, что любит меня и не уснёт на моём плече, как уже было когда-то… Как побежит встречать из дома и прыгнет на руки… Как будет рассказывать о чём-то личном. Гадать на своих тупых книжках… Прижиматься ко мне в кинотеатре. Беспокоиться и всё понимать по одной моей роже, словно читать меня, как открытую книгу… В этом всё моя Женя…

Моя… Или уже нет…

Блядь, как же мне хреново. Словно опухоль вместо сердца…

За всё, что я просрал. За всё, что собственными руками в ней уничтожил.

Теперь нужно извиниться, потому что…

Потому что так нельзя, это стрёмно. Я повёл себя грубо. И помню, что она плакала… Надеюсь, не потому что я был противен… Ведь мне было прекрасно с ней. Я не верю, что она спала с ним, потому что…

Да потому что не верю и всё.

– В общем, ты только учёбу не пропускай, ладно? Переживаю за тебя…

– Всё нормально, бать… Потом напишу, – скидываю и смотрю на экран. Куча пропущенных…

От Киры, от Лёхи и ещё один от драгоценной мамочки… Ну надо же…

Ей я точно перезванивать не собираюсь. Уже боюсь представить, что ей было нужно от меня на этот раз. Ещё раз проверяю пропущенные…

Одного только номера здесь нет. Как раз того, который я до одури мечтаю увидеть. Её номера…

Кое-как встаю и иду отлить. Добредая до ванной, смотрю на свою ушатанную морду. Честно, я даже примерно не представляю, как теперь перед ней извиняться. Что говорить и… Какие оправдания искать своему тупому поведению…

Тоха, Ванька и какие-то две девчонки валяются в гостиной на одном диване.

Я начинаю распинывать, чтобы просыпались и собирались на учёбу, но они полудохлые все.

– На пары пора, чуваки… Подъём…

– М-м-м… – звучит пьяное. – Хули такой бодрый…

– Ага, очень бодрый… – язвлю в ответ. – Вы, как хотите, но я в универ к восьми… – отрезаю и иду умыться. Принимаю душ, естественно, не желая смывать с себя её запах… Не желая забывать. Иду туда, конечно, не потому что надо, а потому что к ней. Только для того, чтобы увидеть. На остальное мне глубоко фиолетово…

Переодеваюсь в Тохину чистую футболку, чтобы уж не совсем как чухан идти на учёбу по вчерашнем.

С Кирой нужно ещё раз нормально перетереть и объяснить, что я ошибся, изображая это дерьмо вчера. Не нужно было. Ещё и её втянул. Нахуй так сделал, не пойму… Порой от злости у меня мозг отключается, и я думаю одним местом…

Теперь идти на пары и ненавидеть себя…

Но я всё равно должен увидеть Женю и поговорить с ней…

***

Приезжаю к восьми в одиночестве, потому что парни так и не одыбали. Лёхи тоже нет, но тот, походу, у Натахи зависает… Так что я особо ни на чьё плечо здесь не надеюсь. Мне нужно только её найти…

Что я и делаю, однако на первой паре не получается. В универ она не приехала, и я начинаю мысленно гнобить себя за то, что она наверняка с ним где-то…

Что они там делают… Аж челюсть сводит от ревности и злости.

Я не знаю, почему всё время рисую в голове то, чего боюсь. Охотно в это верю, хотя не должен. Я же её знаю… Она мой хомячок, блин… Она не такая, как другие.

Киры, кстати, тоже нет. Но она, я уверен, приводит себя в порядок после того, как рвала и метала ночью, как отец сказал. Там по-любому была истерика. Я просто уверен. Однако, я не мог оставаться с ней в одной комнате. Я в целом жалею, что продолжил наше общение. А уж поцелуи и подавно теперь застряли в горле удушливым комом.