Шрифт:
Смотрю на него, когда взгляд его падает на ложбинку моей груди и он утыкается туда носом… Прямо в мой полупрозрачный голубой лифчик, заставив громко вздохнуть и вздрогнуть.
– Обожаю тебя… Твой запах и нежность… Твою невинную кожу… – руки оттягивают вниз чашки лифа, и он целует мои соски по очереди, вынуждая меня сидеть и всхлипывать, ощущая, как тянет них моего живота при этом. – Прости, что я так сказал о тебе тогда… Прости меня… Ты самая чистая… Самая честная…
Язык скользит по ореоле и его губы присасываются так плотно, что мне кажется, я готова кончить от одних только этих движений. С ума сойти, какой чувствительной бывает грудь…
Только хочу полностью отдаться этим ощущением, как мне не позволяют, явно замечая мой настрой.
– Не так быстро, малыш, – надавливая на моё солнечное сплетение, он заставляет меня расстелиться перед ним на кровати. Раздевает меня и сам раздевается, вставая с пола…
Я смотрю на него… Любуюсь им… И, наверное, я бы никогда не смогла представить себя рядом с другим. Я бы просто не вынесла… И не представляю, каково это лежать под чужим телом. Нет…
Чувствую, как меня тянут за руку к себе. Сначала думаю, что просто сесть сверху, но он не так хочет…
– О, Боже… Что мне нужно…
– Сядь мне на лицо…
– Уф… – издаю с опаской, проглатывая ком.
– Боишься?
– Нет… Не знаю…
– Это хорошо. Будем пробовать?
– Ты хочешь…
– Да, хочу…
Сердце ускоряется… Потому что он лежит на спине, и я сейчас сама окажусь лицом к…
Сжимаю его в ладони, усевшись, и слышу, как Ник издаёт глухой стон…
Язык скользит по его головке, а из него теперь сыплются отборные маты. А я впервые ощущаю этот ни с чем несравнимый вкус…
Едва хочу спросить, всё ли правильно, как он присасывается прямо между моих ног… И… Это самое лучшее, что со мной когда-либо происходило… Потому что у меня сознание плывёт. Забывая обо всей боли, что была причинена. Секс – это такой обман… Такая сумасшедшая химия для людей… Он способен ставить гордость на второй план. Способен обезоруживать. Лишать воли. Он способен управлять…
И я чувствую себя марионеткой, но… Когда его язык столь размашисто гребёт там, и когда я сама смыкаю губы на его члене… Когда чувствую, как он толкается в меня… У меня всё нутро выворачивается и сворачивается обратно внутрь.
Ёрзаю сама. Ощущая колючесть его щетины, наглость рук и настойчивость языка… Его сбивчивое дыхание и моё такое же, потому что это тяжело, но оно того стоит. Даже если я не имею, даже если только пробую… Даже если вот-вот сойду с ума от всех этих ощущений. Чувствуя себя мартовской кошкой… Содрогаюсь в его руках, сильнее сжимая его и ртом, и ладонью… И в эту же секунду он кончает мне прямо в горло… Я ощущаю, как тягучая терпкая жидкость заполняет мой рот…
Но грязи не ощущаю… На этот раз нет. Это что-то большее…
Растекаясь на нём безвольной лужицей, понимаю, что лицом он всё ещё возле моей… А я возле его…
– Я не могу встать, – смеюсь и слышу его смех, а потом он чмокает меня в ягодицу, смущая.
– И не надо, хомячок… Лежи… Мне так очень даже нравится… Вид просто прекрасен.
Глава 18.
Никита Хорольский
У нас всё будет… И всё будет хорошо. Потому что мы лишь друг для друга. Какие бы поганые ревностные мысли ранее ни приходили в мой воспаленный мозг. Я просто тупил нещадно. На самом деле я понимаю, что она слишком чистая для этого… Другая.
Валяемся с ней уже целый час голыми. Пары прогуливаем. Трахаемся бесконечно. На всё плевать, если честно… У меня сердце в груди наконец бьётся правильно… Без преувеличений. Она способна заживлять. И я чувствую, что излечился… Сливаясь с ней в одно целое, пусть и во время коитуса… Какая, нахер, разница?
– Ты чего? – смеётся, заметив мой расплывчатый взгляд. Потому что я смотрю на её милое лицо… На розовые пряди, что россыпью лежат на моей груди, на полуголое, прикрытое лишь тонким пледом тело… Её изгибы. И не могу думать ни о каком дерьме, что с нами происходило… Я хочу отмотать время, чтобы никогда с ней не расставаться… Даже на тот самый месяц, который дал нам так сильно соскучиться друг по другу… Я бы всё отдал, чтобы мы были связаны… Чтобы не могли оторваться. Как сейчас…
– Жень, я же потерян полностью… – прихватываю её за подбородок и взгляд мой касается нежности её розовых губ. – Ты понимаешь, да?
– В каком это смысле? – хмурится она, приподнимая голову.
– В смысле, что по уши в тебе погряз… Я люблю тебя так сильно, что не представляю своей жизни без тебя… Она реально бессмысленна.
– Это не может быть так. У тебя есть отец и друзья… – хихикает она, словно я пошутил. Но я ведь действительно так считаю. Мне жить не хотелось без неё…
– Это ведь другое, сама знаешь…