Шрифт:
Долго перевариваю. Знаю, что там внутри чудо. И это чудо мне бы сберечь всеми силами. Доучиться, зарабатывать, стать чем-то большим. Ведь просто не бывает. Всегда нужно стараться, блин.
О матери даже говорить ей не хочу, потому что тошно. Ведь стоило приехать, как она завела свою старую шарманку, что им от нас нужно только одно. Захомутают и буду я всю жизнь сидеть на цепи и прочее. И что она якобы видела Женю с другим в кафе. Что просто вынесло мне последние нервы…
А ещё… Мама начала дурить мне мозг по поводу Киры. Что она ей якобы больше нравилась. Что она её недавно тоже видела и как бедной девочке плохо. Я большего дерьма в жизни не слышал, если честно. Отвратительный цирк, где я в качестве зрителя. Пока не уехал, она не перестала выносить мозг. Словно в упор не слышит о чём я ей говорю… Это бесполезно… Пытаться донести до глухого звуки… Она непробиваемая. И всё делает только для себя любимой. Как я не понял раньше, не знаю… А Женя ведь ещё просит меня наладить с ней коннект. Потому что не понимает, какая она и что говорит за спиной… Пиздец, дилемма…
Возвращаюсь обратно и снимаю с себя всё до трусов. Ныряю в кровать. Притягиваю её ближе, а она закидывает на меня свою ногу и спит дальше… Уткнувшись своим маленьким носиком в шею. Это блаженство, конечно… В такие моменты я чувствую себя счастливчиком. Так и засыпаю… Ощущая тепло и комфорт рядом с ней… Как младенец…
***
Утром просыпаюсь в одиночестве. Женьки нет. Дверь настежь открытая.
– Жеееень… Ау… – тут же подрываюсь, а она выглядывает из ванной.
– Меня затошнило… – с грустью отвечает, глядя на меня огромными глазами.
– Как эта фигня называется-то… Так же бывает, я знаю…
– Токсикоз… Вроде как бывает. Но ты прав, надо к врачу сходить обязательно…
– Конечно, надо, – иду к ней в ванную, а она стоит у раковины, уронив голову вниз. – Не переживай… Мы справимся.
– Да… Я просто пока ещё не поняла даже. Надо маме рассказать и Наташе… Молчать нельзя…
– Я и не просил тебя молчать. Наоборот, за то, чтобы всем всё рассказать… Ты что думала, я его скрывать собираюсь? – смеюсь, но у неё такое выражение лица, и я тут же разворачиваю её к себе, дёрнув за руку. – Послушай… Я вчера много думал… Я понимаю, что тебе страшно, но я честно буду стараться ради тебя. Ради вас… И всё наладится. Я уже другой…
– Я знаю, Ник, – вздыхает она, обхватив мои плечи.
– Что тогда?
– Не знаю… Страшно в девятнадцать рожать… Просто внутренне страшно…
– Вместе мы переживём это… Хотя рожать будешь ты, я знаю… Прости, что перекинул на тебя эту ответственность…
– Может, раз такое дело… Родишь сам? – спрашивает она, и я ржу.
– Если бы мог, малышка… Я бы так и сделал… Хомячок мой… Веришь?
– Угу, верю…
– Сейчас тоже тошнит?
– Нет вроде, отпустило… Но есть хочется…
– Сейчас что-нибудь придумаем… Тоже умоюсь только и приду… Хорошо?
– Да, хорошо… У тебя что синяк тут?
– Да, тренер поставил, походу, – угораю я, потерев тёмно-синюю гематому на плече. – Всё в порядке. – целую её в нос. – Запишемся к врачу сегодня, хорошо? Я могу сам сделать…
Она так смотрит на меня, словно вообще не здесь сейчас.
– Ты чего?
– Когда ты успел стать таким странным…
– Странным? Это хорошо или плохо?
– Не знаю… Мне кажется, у меня голова кружится… Куда делся мой противный до одури злой сводный старший брат, а…
Я ухмыляюсь и прижимаю её к себе, зарывшись носом в волосы. Крепко держу. Можно сказать, намертво.
– Ты его никогда больше не увидишь… Я с ним разделался…
– Жестоко, надеюсь?
– О, да… Крайне жестоко… Он плакал… Тот ещё подонок, конечно…
Она смеётся, и я тоже. А потом обхватываю её за голову и направляю взгляд на себя. Тону в её зелёных омутах. Полностью проваливаясь в ощущение нашего общего притяжения. И да, у него нет пределов. Оно элементарно поглощает…
– Я попробую… Сделать тебя счастливой… Ты только направляй… Хорошо?
– Хорошо…
– И знай, что моё сердце… Оно твоё. Навсегда твоё, Жень… Я… – касаюсь пальцами её живота, и она вздрагивает, тут же бросив туда взгляд, как и я. – Хочу, чтобы вы знали… Что я вас люблю… И не отдам никому…
Она тут же встаёт на носочки и врезается в меня с объятием. Прячет лицо, но я знаю, что плачет. Чувствую… Не буду останавливать, потому что иногда это надо… Иногда слёзы – это не слабость и не мучение… Иногда любовь настолько сильная, что они выходят… У меня так было. И я знаю о чём говорю…
Глава 28.
Евгения Хомова
Мне стало легче… Потому что он сказал всё, что чувствует. Я убедилась в том, что не просто так ощущала что-то внутри себя… Не что-то, а кого-то… Осталось только сходить к врачу. Ник уже записал на приём сегодня вечером после пар… И я очень хочу поскорее увидеть всё на экране, если честно. Не представляю, каково это…
До родительской свадьбы осталось десять дней. Уже вот-вот состоится такое важное событие в их жизни. Мы всё чаще говорим с мамой о материнстве. Я пока боюсь заикаться о своём… Говорим о её. И мне нравится…