Миори, почему ты такая негодница?..

— Всё хорошо, — кивнул, с трудом сохраняя спокойное лицо, пока другая кетра активно возилась под одеялом. — Просто замечательно. Я скоро приду. Собираемся и выступаем к оркам. Можешь пока поесть.

— Хм… Точно всё хорошо? Может, вам помочь как-то? — Тали опустила взгляд вниз и уставилась на что-то. — А, ладно, тогда в другой раз. Вижу, вам уже оказывают первоклассную помощь.

Руками и ртом Тали показала неприличный жест и подмигнула мне перед выходом.

— Она ушла? — тихо спросила Миори из-под одеяла.

— Да. А ты почему не остановилась, когда она пришла? — поинтересовался у хитрой Астокарай.

Ответа не последовало…

Я приподнялся и посмотрел туда же, куда смотрела Тали. Ну да, из-под одеяла торчит хвост.

— Вождь! Вождь! — донеслись из-за «двери» настойчивые крики Спартака.

Блин, когда у меня уже появится настоящая?! Закрылся на замок и делай, что хочешь. Сейчас же нас оберегал от вторжения лишь мой большой… авторитет вождя.

— Кто-то умер? — спросил я.

— Нет! — ответил он мне из-за «двери».

— Тогда ждите. Через пять минут я выйду, — выкрикнул на всякий случай, не то сейчас ко мне потянутся всякие просители.

— Всего пять минут? — обиженно произнесла Миори, на мгновение прервавшись.

— Ты права, минимум пятнадцать. Но гоблины плохо умеют считать, так что неважно, — ответил ей, подтягивая к себе.

С каждым днём я всё меньше становлюсь похож на человека и всё больше на гоблина… Не внешне, а внутренне. И мне это нравится!

Когда я вышел наружу, у палатки, развесив уши, стояли трое гоблинов. Все с распухшими лицами, но при этом невероятно довольные. И рядом с ними Спартак о чём-то болтал с Пастой.

— Что с вами случилось? — спросил я, удивлённо разглядывая опухшие щёки и руки, покрытые красными пятнами.

— Мы добыли мёд! — гордо объявил один из них, протягивая мне большой керамический горшок, доверху заполненный золотистой жидкостью с кусочками воска и утопленными пчёлами.

Аромат, конечно, был божественным.

— Откуда? — поинтересовался я.

Вроде среди открытых точек интереса рядом с поселением не было диких ульев… Неужели сами обнаружили? Молодцы какие! Не зря я лёг спать с венком! Прогресс на лицо! И руки… И ноги… И вообще, по всему телу заметен.

— На севере, за ручьём! Нашли большое дерево с дуплом, там пчёлы живут! Мы их дымом отогнали и собрали мёд!

— А укусов получили всё равно полно, судя по вашему виду, — хмыкнул я, про себя отметив, что они сами додумались до использования дыма.

Я им такого точно не рассказывал. Хотя охотникам Шрама показывал подобное, когда крулей выманивал…

— Ничего, вождь! Нам укусы не страшны! Мы даже больше стали, на нас теперь девушки смотрят! — радостно ответили гоблины.

Ага. Вот только смотрят как на клоунов, а не объект своего вожделения. Надеюсь, никто из обладающих повышенным сопротивлением к яду гоблинов не додумается сунуть своё хозяйство в улей, чтобы догнать в размере Болта…

Я похвалил добытчиков и отправил их к Атари, чтобы она поколдовала над ними травами и мазями. Сам же протянул горшок с мёдом Спартаку, что привёл ко мне ту троицу. Мёд — штука универсальная и очень полезная, но мы же поклонники великого Диониса, а значит…

— Спартак, вот тебе новый ингредиент для экспериментов, — сказал я, показывая на золотистую жидкость. — Попробуй сделать медовуху. Мёд, вода, дальше сам придумывай, чем заставить забродить. Если получится, у нас появится отличный напиток-подношение для нашего бога-покровителя!

Глаза Спартака загорелись, когда он окунул палец и попробовал золотистую жидкость.

— Мёд вкусный! Сладкий! Сладкая бухляшка! Я понял, вождь! Попробую разные пропорции!

— Только не забывай записывать рецепты на глиняных табличках. Чтобы потом повторить удачный вариант.

— Понял! Гончар уже работает, делает таблички! — отрапортовал Спартак.

Хотел было уточнить, чем он собирается писать, но вовремя одумался. От многих знаний многие печали.

Я оставил его с мёдом и направился в центр поселения. Сегодня нам предстоял поход к племени орков и нужно всё подготовить.

Миори приводила себя в порядок у ручья. Орочи возился в кузне, натачивая оружие. Камень таскал камни. Судя по недовольной роже, не по собственному желанию. Тали прислонилась спиной к ближайшей лачуге и загадочно смотрела на меня, прищурив глаза.