Шрифт:
Почтивсябандабыла в сборе.
– Очень приятно снова видеть вас, мисс Кросс.
– Инвалидное кресло Стэнтона стояло в дальнем конце комнаты.
Явошлавкомнату,иКайлизакрылазанамидверь,-Полагаю, тынепомнишьнашпоследнийразговор. Меня зовут не Кросс.
Онрассмеялся.Или, может быть, это был хрип. Парень, по сути, стоял на пороге смерти, прижав ухо к бумажному стаканчику, чтобы услышать приближение жнеца.
– Явижу, тебе снова удалось вонзить свои зубы в Кайли.
– Я взглянула на нее, и она, в свою очередь, закатила глаза.
Стэнтонприжалруки к груди, - Я ничего подобного не делал. Мои способности так не работают. Она здесь, потому что мы ее семья.
В нескольких шагах от Стэнтона Зик улыбался, сияя, как солнце.
Мама была в одной части комнаты с Винсом, а Брандт в образе Сэма, в другой с дядей Марком. Зик подмигнул, когда инвалидное кресло Стэнтона подъехало вперед, пока он не оказался прямо передо мной, - Минди, кажется, больше нет в здании, - задумчиво произнес он, - Интересно, тыимеешь к этому какое-то отношение?
– Я?
– Явскинуларукамиипожала плечами, - Как я могла это сделать, я такая кроха? Я имею в виду, она могла превратить мои мозги в пудинг, верно?
– Да,-сказалон, - Чтоозначает, что 98-й должен быть где-то в здании.
– Он повернулся к Кайли и ткнул костлявым пальцем в сторону двери, - Он скрытный. Камеры его не засекут. Найдите его и приведи сюда.
Она выглядела неуверенно, и Стэнтон повернулась к Зику, - Кайли, пойди найди Кейла. Приведи его сюда.
Онакивнулаивыскользнула,оставивнассемерыходних.Состарикомвинвалидном кресле и Зиком. Я не смогла удержаться от смеха.
Всеуставилисьнаменя так, словно у меня было двадцать голов. Ну, все, кроме Стэнтона, который ухмылялся, как ребенок в магазине, где полно сладостей, - Дай угадаю, - прохрипел он, - Думаешь, старика будет легко одолеть?
– Приходиломне в голову. – Эй. Почему бы не сказать правду?
– Яизбавлювас от лишних хлопот, - Он постучал по подлокотнику своего кресла и наклонил голову к полу. Присмотревшись, я увидела знакомую картину. Тонкие, едва заметные металлические линии, вросшие в пол. Теперь я поняла, почему его кресло было сделано из пластика. Эти люди были одержимы электричеством!
– Чеготебе нужно?
– Спросил дядя Марк. Он отошел от Брандта и встал рядом со мной.
Стэнтонпристально посмотрел на него. Долгое время он просто смотрел, наклоняя голову вперед и назад, как будто пытался проникнуть взглядом в свой мозг, - Кто ты?
Марк не ответил.
– Мы прорвались сквозь облако Маршалла. Я знаю, что скрывала моя сестра. Чего я не понимаю, так это почему.
– Как ты думаешь, что ты знаешь, Натаниэль?
– Спросил Винс. Он отошел от мамы и присоединился ко мне и Марку, стоявшим перед стариком.
Стэнтон на мгновение задумался, а затем прищурился. Он все еще был сосредоточен на моем дяде, - Я знаю, что у Маршалла Кросса нет и никогда не было брата.
Глава тридцать первая
– Моя сестра изменила воспоминания Маршалла, - продолжил Стэнтон. Он дрожал от ярости, вся ненависть в мире была направлена на моего дядю, что не имело никакого смысла, - Он был единственным ребенком в семье матери-одиночки.
Винсхихикнул, -Ичто с того, что она это сделала?
– Почему?Ктоты, еслинеМаркКросс?Зачем ты вмешался в его жизнь?
– Костлявые пальцы вцепились в подлокотник, - Что ты у меня отнял?
Винсотступилназад,искосапоглядываянаМарка.Онслегкапожал плечами и опять оглянулся на Брандта.
– Я принял решение. Теперь тебе решать.
Марквздохнул.Казалось, егонискольконебеспокоилтотфакт, чтомывсестоялиподнездоровойдозойэлектричества.
Стэнтонмогвлюбоймоментсорватьсяиподжаритьнаспростопотому, что мы слишком долго возились.
– Я совершил много ошибок в своей жизни, - сказал он, повторяя то, в чем Винс признался мне ранее.
– Одной из них был уход из моей семьи.
– Ты не родственник Маршалла Кросса, - возразил Стэнтон, - Анна только заставила его, и всех остальных, думать, что это так.
– Неправда.ЯродственникМаршалла,хотя и не в том смысле, в каком ты думаешь, - Он взглянул на меня, затем повернулся к маме и нахмурился. Она едва заметно кивнула ему, - Маршалл - мой сын.
– Твой... э—э-э, нет. Как это вообще возможно...
– И тут я поняла. Я поняла, и мне захотелось дать себе пинка под зад. Дважды. То, что говорил Винс, то, как он отзывался о Марке. О своем лучшем друге… - Ты один из Девяти!