— Закрывай дверь скорее, пока не застыл окончательно! — заявила она, а затем коснулась ладонью груди Артёма. Порозовела, но решительность не потеряла. — Боже, какой ты горячий! Я лекарства привезла. Ты не пил ещё?

— Я… — начал Артём и закашлялся: горло саднило всё сильнее. — Глотнул один раз. Тут ты позвонила…

Он чувствовал безумную растерянность, из-за которой продолжал стоять возле двери, не двигаясь. В результате её пришлось закрывать Але. Девушка щёлкнула задвижкой, скинула кроссовки двумя быстрыми движениями, не развязывая шнурки, и, поставив на пол небольшой пакетик, принялась расстёгивать куртку и стягивать шапку.

Вот тут Родин и очнулся.

— Ты же заразишься!

— У меня иммунитет! — возразила Аля. — Я в этом городе с детства живу, а ты недавно приехал, вот тебя местная зараза и одолела.

— Шутишь?

— Не-а, — улыбнулась она почти нахально. — Где у тебя можно куртку повесить? Не надо, не бери, я сама! Тебе нужно поскорее возвращаться в постель. Ты ещё и голый ходишь, с ума сошёл! И босиком… Вот моя мама тебя ругала бы так, что люстра бы качалась.

— Я не голый, а в трусах.

— Это одно и то же!

— Неправда. — Несмотря на ужасное самочувствие, Артём не мог упустить возможность немного подразнить Алю. — Если бы я был голый, ты была бы не способна мной командовать, застеснялась бы. Хочешь, проверим?

— Нет уж, — проворчала Аля, слегка побагровев, и наконец пристроила куртку на крючок в шкафчик. — Иди в комнату, я сейчас приду с лекарствами. А ты ложись и вставать не вздумай, понял?

— Моя мама с отцом так же разговаривает, когда он болеет, — хрипловато признался Артём и улыбнулся. — Как командир с солдатом.

— А как с вами ещё разговаривать, если вы не знаете, что пить от температуры и ходите по квартире в одних трусах? Зимой!

— Сейчас осень.

— Да на улице уже ноль, последние листья облетают. Того гляди снег пойдёт. Всё, иди, иди! — И Аля легко подтолкнула Артёма в плечо. — Ложись.

Надо было, наверное, настоять, чтобы она просто оставила свой пакетик и ушла, но стоило посмотреть правде в глаза — Артёму было слишком приятно, что о нём можно так беспокоиться.

Поэтому он решил позволить себе понаслаждаться.

Аля

Руки дрожали, пока Аля наливала Артёму в одну кружку воду, в другую — чай и готовила таблетки с микстурами. А ведь ей предстоит ещё и заставить его прополоскать горло! А он в одних трусах, боже ты мой.

Конечно, она хорохорилась — на самом деле, Аля с первой же секунды, как увидела почти голого и потного Артёма, чуть с ума не сошла от смущения. Возможно, оно не было бы столь сильным, если бы у Али был отец — но дядя Игорь прожил с ними слишком недолго, да и в одних трусах по дому не расхаживал, всегда надевал как минимум футболку и шорты. И не привыкла Аля к подобному зрелищу, да! А кто бы на её месте не смутился? Хотя Яна, наверное, не смутилась бы, но она и не поехала бы к больному Артёму, и не только к Артёму. Альтруистичности в этой девушке не было ни на грош.

И всё-таки… ох, какое у Артёма тело! Почти без волос, если не считать совсем уж низ скульптурного живота — да, вот там имелась кокетливо уходящая за резинку трусов дорожка, но выше — ничего. Крепкий пресс, с кубиками, как и положено, не накачанные, но вполне мускулистые руки — да Родину можно в журнале мод сниматься в качестве модели, чтобы такие дурочки, как Аля, на него слюни пускали. Хотя сейчас для слюней не время, и она поняла это, как только прикоснулась к влажной и горячей коже Артёма. Минимум тридцать восемь градусов, но скорее всего больше.

Кстати, градусник она ведь с собой тоже взяла…

Всё приготовив, Аля огляделась. Кухня в съёмной квартире была не как у них с мамой и Раей — там всё-таки помещался диван, на котором раньше спала Наталья Николаевна и её бывший муж, — а здесь слёзы, а не кухня. Всё необходимое тут было, в том числе микроволновка, но для семьи тесновато — такая квартира только на съём для одиноких людей и годилась. Но Артём держал всё в чистоте, за что Аля его даже зауважала. Хотя, может, он клининг заказывает, если деньги есть?

Но чего здесь точно не было, так это подноса. А зря — очень нужная вещь, когда надо что-то принести больному человеку. Но, раз нет, обойдёмся подручными средствами.

Положив таблетку и нарезанный лимон на тарелку и примостив рядом маленькую вазочку с мёдом — хорошо, что она захватила мёд из дома, у Артёма он, кажется, не водился, — а в другую руку взяв две чашки — с водой и с чаем, — Аля пошла в комнату, внимательно глядя под ноги, чтобы не споткнуться и ничего не разлить.

Артём — непослушный мальчик — не лежал в кровати, а сидел на ней. И Аля вновь почувствовала, что к щекам приливает кровь: на этот раз ситуация была ещё более двусмысленной, чем в коридоре. Откинутый в сторону плед, край белоснежного белья, и поверх всей этой красоты — Артём в трусах.