— Ситуация непростая, — нквдшник нахмурился. — Но Красной армии невероятными усилиями удалось стабилизировать фронт под Минском и Киевом, сейчас готовится контрнаступление с целью выдавить фашистскую гадину за пределы нашей Родины.

Наше задание и ваша помощь очень поспособствует этому делу.

Окружавшие Петренко партизаны радостно заулыбались, обрадовались, расслабились, опустили оружие.

Я еще раз мысленно выматерился.

То что Иванов врал как сивый мерин еще не доказывало то что он враг, может быть это ложь во спасение, чтобы не вызывать панику и не подрывать моральный дух у случайно встреченных окруженцев, которых необходимо использовать как пушечное мясо?

— А что за цель? — спросил я с интересом. Ствол моего ППД по-прежнему смотрел прямо в грудь майору госбезопасности.

— Цель железнодорожный мост, старшина. А это приказ всем войскам Красной армии оказывать содействие моей группе. — он вытащил из своего планшета какую-то бумагу и протянул мне. — Читай раз уж такой недоверчивый.

— Петренко, почитайте вслух этот документ, — попросил я, не отводя ствола от нквдшника.

— Всем… оказывать всяческое содействие майору милиции Иванову Д. А.

Подпись. заместитель народного комиссара внутренних дел СССР тов. Абакумов В. С.

Партизаны слегка содрогнулись и как-то съёжились.

Репутация у товарища Абакумова была крайне грозная, сильнее него боялись лишь Лаврентия Палыча Берию и отца всех народов.

После такой бумаги каждый красноармеец и офицер, включая генералов, должен был бы по первому требованию товарища майора госбезопасности снять портки, наклониться и задницу вазелином смазать. При чем радостно и распевая «От тайги до Британских морей…»

— Голос, — мысленно обратился я к сущности доставивший меня в этот мир (если, конечно, я не вижу предсмертную галлюцинацию). — Ты тут?

— Я здесь, — ответил мой невидимый компаньон.

— Я могу сейчас использовать свое право на один из ста вопросов? — спросил я с яростной надеждой.

— Разумеется, разумный, только формулируйте вопрос правильно. — посоветовал незримый помощник.

— Эти ребята действительно наши из НКВД или диверсанты из абвера? — спросил я по размышлении.

— Это спецгруппа абвера, из дивизии «Бранденбург», специализируется на диверсиях в тылу Красной армии. Конкретно этих бросили чтобы бороться против целой сети партизанских отрядов, которую вы смогли организовать в Белоруссии. Немецкое командование крайне болезненно относится к вашей партизанской деятельности. Эта спецгруппа ловит и уничтожает партизан, используя маскировку под сотрудников НКВД. Ваш отряд уже третий, который они встретили за последние пять дней. Первые два полностью уничтожены.

Я мысленно выматерился. Мои партизаны совсем уши развесили, большинство оружие опустило, расслабилось, услышав хорошие вести с фронта, а вот брандербужцы потихоньку, не торопясь, чтобы не вызывать подозрения, двигались, распределяя себе цели. Кому-то из партизан предложили закурить, кого-то угостили портвейном…

С каждой секундой наше положение только ухудшалось, еще пара минут и полный капец нашему партизанскому отряду выйдет.

И я полоснул из своего ППД по фальшивому майору госбезопасности и рядом стоящих пособников фрицев с криком:

— Это немцы, огонь из всех стволов.

Успел я положить только пятерых, прежде чем противник опомнился и ударил в ответ. К сожалению, мои партизаны почти все поголовно хлопали ушами, поэтому Петренко и два десятка бойцов сразу легли в землю, не успев понять, что происходит.

Меня тоже прошила сразу дюжина пуль.

Я воспарил над поляной, матерясь картинам уничтожения своего отряда и крикнул:

— Голос, сейчас же возвращай меня обратно?

— В место гибели? — педантично уточнил Наблюдатель.

В тоже место возвращаться было глупо. Там было жарко. Остатки моего отряда, в основном группы сержанта Соколовского и Бердыева, державшиеся на всякий случай чуть сзади, успели залечь почти без потерь и вступили в бой.

— На двадцать метров позади позиций брандербуржцев. Слушай, давно хотел спросить: а нельзя ли возрождаться без боли?

— Можно, но энергии тогда хватит только на 80 возрождений вместо ста. Перенастроить систему? — поинтересовался Голос.

— Потерплю. — каждая моя жизнь в среднем это десятки спасенных жизней местных. А то что неприятно? Не барышня, не растаю. — Возрождай!!