Чтобы весь тираж был продан, а затем и второй, и третий, они надумали ещё «дожать» актеров. Наша популярность — это их продажи.

Короче говоря, кастинг-директор Дэн звонил, чтобы договориться о проведении фан-встречи. В каком-то заведении близ того кинотеатра, где мы смотрели сегодня фильм.

С обзором от телеканала. Не удивлюсь, если и за счет телеканала всё «торжество». С Лимонов — организация, украшение зала, экстренная печать постеров и открыток для подписей.

С нас — присутствие в означенные день-время в означенном месте.

— Я уточню позже, заинтересована ли А-Ли в подобном мероприятии, — не разделяет энтузиазм собеседника мамочка, жестом намекая мне — не сейчас. — Однако Жуй Синь на съемках в другом городе. Его присутствие едва ли осуществимо.

— Золотая неделя — период всеобщих праздников, — возражает господин Дэн. — Его нынешний работодатель не сможет не отпустить актера по требованию.

Угу, в сказочном мире, где справедливость восторжествовала над баблом. Даже ребенку ясно: что выходные, что праздничные — всем в индустрии плевать.

Как и самим подгнившим Лимонам. Они ведь предлагают в «выходные» мотаться туда-обратно, в промежутке улыбаться и раздавать автографы.

Чтобы — что? Верно, чтобы повысить кассовые сборы. Они уже выбили для начала проката длинные выходные. Это заявка на успех, ведь при выходе новой картины часто начинают подсчитывать сборы не в день премьеры, а с первых выходных проката.

В этом всём есть и для нас косвенная выгода. Чем громче прогремит наше кино, тем выше и наша известность поднимется. Эхом, так сказать, заденет.

Но главный выгодополучатель — Зеленый лимон. Коммерческий успех картины — это их будущие юани.

— Даже госпожа Чжу Юэ согласна выделить день в своем плотном расписании, — продолжил напирать кастинг-директор. — Кроме того, участие актеров в продвижении отражено в контрактах.

Так и есть. Стандартный и довольно размытый пункт ближе к концу списка. Предполагалось, что для нас с Жуем это ограничится съемками для тизеров и афиш.

— Какая жалость, что судебная система в период национальных празднеств не работает, — не удержалась от едкого ответа Мэйхуа. — Но вы можете обратиться куда-то ещё.

Ох, как же не вовремя этот звонок! И выбранный Дэном тон — он вовсе не делает «хорошо». Мама на нервах, её сейчас злить завуалированными угрозами — смерти не бояться.

— Госпожа Лин… Мы ведь даже не настаивали на масштабной презентации или пресс-конференциях на всех этапах производства. Это даже не тур по всем крупным городам. Одна встреча с почитателями. Мне казалось, что наше сотрудничество основано на взаимной благожелательности…

Это он так намекает на конвертик с почти зажатой премией? Охота запихнуть ему красный конверт в клюв, да залить свежевыжатым лимонным соком.

Жаль, что подобное дурно отразится на репутации.

— Мы сегодня немного устали, — похоже, Мэйхуа осознает свою нервозность и берет тайм-аут. — Продолжим этот разговор завтра.

Дома, после тихого семейного ужина (даже слишком тихого: мы с батей ходим вокруг мамы на цыпочках и старательно улыбаемся), поднимаю тему фан-встречи.

В контексте: брату Жую не помешает взять два дня перерыва от жесткого съемочного графика. Не поверю, что там нечего снимать без его участия. И сознательно умалчиваю, что после его возвращения график могут ещё сильнее ужесточить.

— А как же ты? — тревожатся оба моих сверхзаботливых. — Наша доченька прежде не участвовала в массовых мероприятиях.

— Когда-то ж надо начинать, — стараюсь замаскировать обреченность за шуточным тоном.

Я правда не «окитаилась» окончательно. Когда вокруг много-много людей, мне бывает дискомфортно. Не постоянно. Скорее — наплывами. Отпускает довольно быстро. Паниковать в толпе не начинаю.

Как будто иногда «врожденные» фильтры на много-громко засоряются. Затем в «системе» происходит самоочистка, и я снова могу веселиться, находясь в шумной толпе новых соотечественников.

— Мы можем сделать это на своих условиях, — улыбаюсь, направляя руку на фотоаппарат в чехле.

Там, на карточке памяти, хранятся наши лица. И много фото с Вихрем. Тем Вихрем, который киностудия решила задвинуть на самый дальний план.

Сегодня они отрываются: дядя Ли отвез их к Заднему морю. В смысле, в район Хоухай. Хоухай — это одно из трех соседствующих искусственных озер, в переводе — заднее море.

Там, в россыпи ночных огней над водой, расположены десятки баров. Там же — хутуны, улочки со старинными зданиями. Тот Бэйцзин, что хранит историю северной столицы.