А в следующий миг вокруг появились десятки печатей. Его копьё и техники мамы развеялись в пыль, а между ними двумя появился Сергей, который перехватил их обоих за руки, на развороте раскидывая в разные стороны.

Гриша конечно учудил. Сила, продемонстрированная парнем, удивила даже меня. Но ещё удивительнее было проявление воли. В таком-то юном возрасте… Он проявил её дважды.

Телепортация, печати, иссушение энергии локально, раскинуть в стороны и две проекции, поймавшие обоих на некотором расстоянии.

Гриша позволил проекции спокойно опустить себя на землю, а вот Светлана взбрыкнулась, оттолкнулась ветром и на полной скорости полетела к своему сыну. Я же в это время висел в воздухе.

Женщина подбежала к парню, обнимая его и чуть ли не плача. Гриша стоял как столб, ничего не говоря и лишь смотря прямо. Я посмотрел на собравшихся Вяземских и усмехнулся.

Молодец, братец, так держать.

Дав некоторое время для двоих, опустился немного в стороне.

— Брат… — Гриша, обнимаемый матерью, сразу обратил на меня внимание. Его голос звучал глухо. — Ты вернулся…

Тело Светланы вмиг словно одеревенело. Она отпустила его и начала вытирать ему лицо рукавом. Гриша, как мог, быстро оглядел меня, видимо смотря, не пострадал ли я.

— Не ранен я, — спокойно ответил на его взгляд.

— Понятно, — парень перевёл взгляд на Светлану. — Мама…

— Не сейчас, — сухо ответила женщина. — Для начала пусть тебя осмотрит целитель.

— Я в порядке, — глухо ответил Гриша. — Мне… Надо поговорить с Сергеем.

Не знаю, разозлило это Светлану или нет, но она ничего не ответила, просто отходя подальше, становясь к нам спиной и складывая руки на груди.

Гриша некоторое время смотрел ей в след, а потом подошёл ко мне и встал рядом, плечом к плечу, но спиной по направлению к землям Вяземских.

— Как… Всё прошло? — спросил он нейтрально.

— Мы победили, — ответил я, украдкой посмотрев на него. — Этараксийцы спасены и теперь у Рода есть первый флот с миром-кораблём.

Вид у парня был немного потерянный, но постепенно Гриша приходил в себя.

— Понятно… — тихо ответил он. — А я вот тут… — парень покачал головой, — хочу защитить нашу маму и весь Род. Правда… Похоже, лишь сделал хуже. Скажи. Как ты считаешь — могу ли я быть главой Рода. Хотя бы в теории?

— Нет, — честно ответил я. — По крайней мере не сейчас. Но года через два ты будешь готов возглавить любой Род.

— Понятно, — выдохнул Гриша. — Значит мама была права. Я… Снова ошибся?

— С чего ты взял? — я вновь украдкой посмотрел на него.

— Вместо того, чтобы направить оружие на наших врагов, я направил его на свою семью…

— И был прав, — спокойно пожал я плечами.

— Что?! — Гриша неверяще посмотрел на меня.

— Ты ещё молод, Гриша, — ответил я. — И твоя молодость — это и сила и слабость. Мама не воспринимает тебя, потому что не знает всех достижений. Но даже если и узнает — всё равно не будет слушать. Это вечная проблема поколений. Когда вырастешь — ты её поймёшь. Но это совсем не означает, что ты был неправ. Ты пытался защитить Род по своему, понимая, что мама не станет тебя слушать.

Я вновь посмотрел на Вяземских, продолжая:

— Единственный твой способ поговорить с матерью — это доказательство своей силы и роста. Попытками показать, что ты не просто её сын, а сильный и умелый маг, способный поддержать её. Вот только она тебя не услышит. И… Это печально.

— Видимо так, — согласился он со мной. — Но я смог понять, к чему приведут мои действия, лишь взяв в руки оружие и сражаясь.

— Это нормально, — спокойно кивнул я. — Дуэль — священный ритуал. В нём два воина не только решают все свои разногласия, но и учатся понимать друг друга. Порой только так и можно узнать другого, а также что-то доказать своему оппоненту. Выплеснуть весь негатив, так сказать.

Он промолчал, поэтому я продолжил:

— Обернись, Гриша. Что ты видишь?

Парень обернулся и посмотрел в сторону Вяземских. Те внимательно смотрели на него не отводя взглядов. И у всех на лицах было серьёзное выражение. Не выражения тех, кто осуждает, а тех, кто готов услышать и его точку зрения.

Я улыбнулся, хлопая Гришу по плечу и говоря:

— Ты молодец, брат. Быть может тебе ещё и не дано быть лидером, потому что у тебя нет годов жизни мамы и уж тем более нет моих годов за спиной, но тебя уже видят. Для них — ты звезда. Гордость Рода.

Слегка сжав плечо парня, добавил:

— Ступай, Гриша. Вон Тина уже вся испереживалась.

Он нерешительно смотрел вдаль, а затем перевёл взгляд на Светлану, всё также стоящую к нам спиной со сложенными на груди руками. И только после этого кивнул мне, идя в сторону Тины.

Светлана не начинала разговор, стоя молча, и явно над чем-то раздумывая, поэтому начать его пришлось мне:

— И каково это, осознавать, что твоему сыну, чтобы ты его услышала, приходится доказывать свою правоту не словом, а действиями?