— Мои дети — всегда были и будут моей гордостью.

— Если так, — я внимательно смотрел на неё, — тогда почему гордость Рода, — я добавил стали в голос, — важнее для тебя твоих детей?

Женщина явно не ожидала такого и сейчас была в замешательстве.

Я посмотрел на членов Рода вдали, которые точно внимательно прислушивались и продолжил:

— Неужели будет лучше, если те, кем ты дорожишь, умрут в этой войне, чем вы примете помощь от братского Рода? Мы — два Рода Вяземских! Даже если сейчас мой Род пишет свою, новую историю, когда-то всё началось с вас! С непокорённых! Вы — наше начало! Мы — ваша кровь! Так скажите мне, братья и сёстры по крови!!!

Я повысил голос всё также твёрдо смотря в сторону членов Рода:

— Неужели желание доказать, что вековая несломленность Вяземских важнее жизней ваших близких и детей??! Неужели та упрямость, которую вы зовёте гордостью, станет причиной падения Великого Рода??! Вяземские — это не просто Род! У нас есть история! Великая история! Мы прошли там, где другие не рискнули бы ходить! Мы стояли там, где у других дрожали бы колени! Мы выжили тогда, когда другие не смогли бы и вздохнуть от навалившихся проблем!

Видя взволнованность в глазах и переминании людей, я продолжал ещё громче:

— Но скажите мне, Великий Род! Что для нас важнее??! Наша упрямость, или настоящая гордость, которая кроится не в вековой истории, а в наших детях и в тех, кто уже пал??! Наши дети — это те, кто продолжат нашу историю! И если наши дети падут завтра в бою, будет ли оправдана наша вековая история??! Будут ли жертвы наших предков иметь смысл, если мы с вами так и останемся упрямцами, не услышавшими друг друга??!

Светлана смотрела на меня своим фирменным сощуренным взглядом, но не перебивала, поэтому я продолжал:

— Наши предки воевали и героически умирали, чтобы мы с вами смогли стоять здесь и сейчас! Они сражались, чтобы для нас наступило сегодня! Так почему мы делаем всё возможное, чтобы завтра не наступило для наших детей??! Почему нам диктует, как и что делать, не наше желание защитить нашу истинную гордость: семью и детей, а упрямство, продиктованное вековой историей??! Неужели если сегодня мы подадим вам руку и вы пожмёте её, завтра мир схлопнется??! Неужели мы, Рода Вяземских, вместо того, чтобы встать рядом и в очередной раз доказать, что мы — Непокорённые! Позволим нашим врагам и нашему упрямству взять над нами верх??!

Я закончил и вновь посмотрел на Светлану.

Моя речь возымела эффект. Люди начали переглядываться и тоже кидать взгляды на Светлану с Александром.

Это именно то, что мне и нужно — посеять сомнения в них, чтобы Вяземские наконец поняли, что помощь им нужна. Что мы не враги, а те, кто откололся от них. И что у нас могут быть общие интересы.

Светлана смотрела очень внимательно, но сложно было прочитать по её взгляду, о чём же она думает. К нам медленно приблизились Александр с Леной и Гришей. Троица остановилась между нами.

— Мама, — Александр твёрдо посмотрел в глаза своей матери. — Мы должны поговорить с Сергеем и Гришей.

Женщина перевела взгляд на него, затем снова на меня, прикрыла глаза, развернулась, и просто пошла в сторону имения.

— Кажется, можно считать это за приглашение, — произнесла Лена, тоже посмотрев на меня.

— Похоже на то, — добавил и Александр. — Спасибо… Что прилетели. Проблемы у Рода и в правду весомые. Я бы не стал звать вас по пустякам.

— Ты молодец, Александр, — спокойно ответил я и, повернувшись, пошёл к Ане с Аяной.

Поцеловав жён, убедился, что с ними всё в порядке. Они задали мне ряд вопросов. На какие-то я ответил, но с остальными мы решили разобраться потом, уже дома, или когда разберёмся с проблемой здесь.

Оглянувшись, увидел, что Гриша и Александр с Леной нас ждут. Мотнул головой, показывая, чтобы они шли вперёд.

— Тина, — я перевёл взгляд на девушку. — Идём.

Не дожидаясь ответа, первым пошёл вперёд вместе с Аней и Аяной.

Переговорной стал большой зал с длинным стеклянным составным столом и диванами по бокам от него, где мы и смогли все разместиться. Причём сели весьма и весьма не по «семейному».

На двух разных небольших диванах напротив друг друга сидели мы с Гришей, и Александр со Светланой.

Лена и оставшиеся девушки наоборот разместились на одном диване.

Мы молча смотрели друг на друга.

— Мама, — первым заговорил Александр. — Неужели ты и дальше будешь отрицать то, что у Рода проблемы? Да, мы ещё держимся, но сколько это продолжится? Пока не умрёт последний Вяземский??!

— Часть земель потеряна… — взяла слово и Лена. — Враги отнимают у нас всё больше и больше. У нас очень много потерь за всё время, а у них как будто и не кончаются люди. Из-за этих потерь мы не можем контролировать старые земли. Чем больше сил размазываем по ним — тем меньше магов приходится на одну оборонительную позицию. Фронтов слишком много…