– Вы узнали их от прежнего главного исполнителя?

– Не знаю, где еще я могла их услышать.

Палатайн кивнул:

– Управление «С» просило передать, что, если операция НОЧНОЙ ГАМБИТ превосходит ваши возможности, вам выплатят семьсот тысяч фунтов только за доставку КОН-СВЕТ.

– Передайте управлению мою благодарность, но я вполне в силах выполнить операцию целиком. Собственно, меньшее меня не интересует. А теперь я хотела бы посмотреть досье.

Палатайн сказал:

– Мы также готовы предоставить вам оперативного сотрудника. Это не уменьшит плату за ваши…

– Нет. Досье.

– Как пожелаете.

Палатайн подошел к столу, взял прямоугольник серого металла размером с банковскую карточку и вставил в щелку между двумя ящиками. Раздался щелчок, Палатайн выдвинул ящик и достал папку с надписью ЛИНИЯ ZN.

– Список, разумеется, зашифрован. – Он протянул папку, улыбаясь, словно знает некий восхитительный секрет.

– Естественно. – Женщина улыбнулась, открыла папку, проглядела список агентов и сказала: – ВАГНЕР. Конечно.

Она тихонько засмеялась.

– ВАГНЕР – одно из имен в списке агентов, – сказал Палатайн. – Вы с ним знакомы?

– Я – он, – ответила она и тут же пожалела о своих словах. Лучше было соврать, оставив Палатайна и КГБ полностью в своей власти.

– Вы позволите? – спросил Палатайн и потянулся к папке.

Он проглядел список.

– ВАГНЕР… Полагаю, вы любите музыку? Возможно, вы музыкант-любитель?

Она ответила:

– У него получилось. Он сказал мне, что вы не сможете расшифровать список, и вы не смогли. Не приди я, вы бы тыкались наобум.

Палатайн ответил с досадой:

– У нас есть кое-какие ресурсы.

– Ни черта бы вам это не дало.

Палатайн на мгновение задумался.

– Извините, мисс…

– Называйте меня ВАГНЕР, – весело ответила она.

Палатайн улыбнулся и кивнул.

– Разумеется, мы очень ценим вашу помощь и вознаградим ее соответственно. НОЧНОЙ ГАМБИТ – гениальный план, блистательная идея.

– Не пытайтесь льстить мне, льстя Аллану, – сказала она. – В качестве памятника ему такое не пойдет. Это шпионаж, измена и запланированное убийство, о чем Аллан прекрасно знал.

Палатайн без тени огорчения или нервозности пожал плечами.

– В таком случае не делайте ничего. Разоблачите план. Разоблачите меня. Возможно, вам удастся обелить имя доктора Беренсона.

– Дайте мне список.

Палатайн вернул ей папку:

– Могу я еще чем-нибудь быть полезен?

– Да. Мне нужны деньги, по меньшей мере десять тысяч фунтов наличными. Мне предстоит путешествовать, и я не хочу оставлять след из чеков.

– Вполне разумно. Пусть будет двадцать, чтобы вам не остаться без средств в неподходящий момент. – Теперь он говорил тоном доброго учителя; ей хотелось двинуть его в морду, чтобы заткнулся. – Что ж, тогда…

– И пистолет, – сказала ВАГНЕР.

– Извините?

– Что-нибудь тихое. Пули, газ, стрелки, неважно. – Она изобразила широкую улыбку, которую перед выходом отрепетировала перед зеркалом: с темными очками и алой помадой эффект был пугающий. – Не бойтесь, я большая девочка, все будет чисто.

– Что ж, хорошо, – ответил Палатайн, и его шея лишь слегка покраснела.

– Тогда я прощаюсь, мистер Палатайн.

Она взяла бумаги из папки и убрала в нагрудный карман.

– До свидания, – сказал Палатайн.

Когда дверь за ней закрылась, он сел за стол, вытащил дубликат списка ЛИНИЯ ZN, заметки по плану операции и дополнительные материалы. Пометил агента ВАГНЕР как опознанного, подписал внизу карандашом: «Ключ к шифру: музыкальные предпочтения?» и добавил: «Не подтверждено».

Следующие несколько минут Палатайн занимался писаниной – организовывал передачу денег и оружия через закладки, устанавливал слежку за ВАГНЕР. Закончив с документами, он сложил их в стопку и выровнял ее. Через сутки их надо будет сжечь – с началом операции они станут инкриминирующими, однако Палатайн не видел причин обходиться с ними небрежно. Он был аккуратист и даже педант.

Палатайн отлично знал, что КГБ не любит педантов. Несмотря на горы бумажной бюрократии, кагэбэшники по-прежнему тешились образом щита и меча; рыцари в доспехах не выравнивают уложенные в стопку документы. И церэушные ковбои ровно такие же.

Вот почему Палатайну нравилось быть резидентом в Британии; это страна, где ценят чисто убранный письменный стол и отглаженный костюм. Да, конечно, это стереотип, настоящие чванные индюки умерли или ушли в отставку, однако образ сохранился, в точности как над советскими разведчиками все еще лежала тень Берии, а над американскими – Дикого Билла Донована [29] .