– Вы правы, – закатываю глаза и нервно смеюсь, наблюдая как уже Тимофей с Мали носится по газону. Такой же увлеченный и любящий, как и Ренат. Из Тимофея получился бы отличный отец, несмотря на его сложный характер, с детьми ладить он умеет.

Попрощавшись со счастливым семейством, спешу обратно в свою одинокую съемную квартирку. Рядом с дверью на корточках меня ожидает залипший в телефоне курьер. Видимо, не первый час здесь.

– Здравствуйте, – осматриваю молоденького парнишку в спортивном костюме и большой букет белых роз на рюкзаке.

– Ангелина? – Он поднимается на коврике и разминает затекшие ноги и шею.

– Да, – неловко ему улыбаюсь.

– Тогда это вам, – розы перекочёвывают ко мне в руки, а следом и коробка с синабонами, что он вытащил из рюкзака. По запаху, мгновенно заполнившему коридор понятно, что булочки свежие.

– Спасибо, – быстро расписываюсь у парня в планшете и открываю квартиру. Цветы ставлю в вазу и ищу среди них карточку. От кого дары и так понятно, но что там написано все равно интересно.

«Твои губы на вкус как сладкая корица»

Безнадежно хныкаю и открываю коробку с булочками, которые той самой корицей пахнут. Вот почему так все не вовремя? Встретила бы я этого Демида сразу после развода, точно завязала бы роман. А сейчас… кольцо, Алекс, все сложно. Точнее между мной и женихом все просто и понятно. Алекс мне идеально подходит. Сложно с Демидов. Который не позволяет выбросить себя из головы, а пытается только глубже туда забраться.

Сажусь за кухонный стол и вытаскиваю одну булочку – мягкая, с шоколадным топпингом и посыпкой. Откусываю и прикрываю глаза от удовольствия. Облизываю губы с корицей на них.

И как я завтра буду объясняться с этим доставучим бизнесменом, который умеет так красиво подкатывать? А поговорить и поставить его на место придется.

Пришла.

Ангел бросила ключи на комод у входа и прошла в гостиную, где я уже сидел за работой. Кстати, оказалось, что наблюдать за ней и решать одновременно важные вопросы очень даже умиротворяющий процесс. Вот так натянешь нерадивого сотрудника по телефону, разозлишься и сразу отвлекаешься на красоту перед глазами. Ангел работает лучше любого антистресса. А если бы была еще возможность поцеловать и обнять каждый раз, наступил бы рай. О большем пока не мечтаю, хотя и очень хочется.

Злая какая-то, заведенная. Точно сейчас начнет разговоры свои серьезные разговаривать. После пятницы два дня прошло, должна была успеть не хило себя накрутить. Плюс чувство вины перед этим америкосовским задротом. Блядь, даже думать не хочу, что в планы Ангела все еще входит к нему вернуться.

– Кофе? – роняю спокойно, – на кухне и булочки твои любимые есть, с корицей, – растягиваюсь в улыбке, видя как она вспыхнула и губку свою прикусила. Черт, как же малышке идет смущение. Щечки розовые, глазки блестят, грудь троечка вздымается от возмущения под тонкой тканью белой рубашки.

И вообще, Ангел вся такая тонкая и изящная, что даже не верится, что настоящая. Меня до сих пор бывает, накрывает. Снится тот ужасный день из детства, который она, я надеюсь, не помнит.

Ее отец приехал и Оля рассказала ему, что уходит к моему отцу. Был грандиозный скандал и моя маленькая куколка почему-то решила, что вина не только на отце, но и на мне. Она так плакала и кричала, что маму нам не отдаст, а еще била своими кулачками мне в грудь.

Не помню, что я тогда ей говорил и как пытался успокоить. Но, наверняка, что-то делал ведь. А она выкрикнула, что ненавидит меня, что мы больше не друзья и убежала. Впервые без меня и далеко.

Сколько я тогда ее не искал, по нашим местам не ходил, так и не нашел. А потом Семен ее украл. Для меня это была трагедия всей моей детской жизни – лучшая подружка и девочка в которую я впервые робко влюбился.

Целых двадцать четыре года и теперь Ангел вернулась ко мне уже взрослой женщиной. Такой, что глаз не оторвать и сдерживаться рядом практически невозможно.

– Никаких больше булочек и цветов. Ты меня слышишь, Демид? – решительно выдала язвочка, – посмотри вот сюда и уясни, я занята, – перед моим лицом туда-сюда помахали ладонью с кольцом и до моего лица даже долетел слабый ветерок и аромат ее духов.

– Ты вкусно пахнешь, что это за запах? – откладываю пачку накладных, что только что отсматривал и вдыхаю полной грудью, – что-то сладкое и фруктовое, не могу понять.

– Ванильный манго, – Ангел растерянно замирает на секунду, пораженная моей наглостью и непробиваемостью, а потом встряхивает головой и топает ножкой, – ты меня слышал?

– Ванильный манго, конечно слышал, – с самым серьезным видом киваю и кошусь на телефон, который разрывается мелодией. Нажимаю на отбой, чтобы перезвонить позже.