— Беги! — закричала я Скотту, яростно махая ему. — Вон отсюда!

— Implicare! — выкрикнула Тритон.

Скотт отшатнулся, его аура зашипела, не сумев увернуться от чёрного поля, опустившегося на него. Тритон сжала кулак — поле сомкнулось. Он охнул, осел на колени, прижимая ладонь к груди.

— Honna tara surrundus! — бросила я, направляя разрывающее заклинание на Скотта, а не на Тритон. Оно было эльфийским, но сработало — и он жадно вдохнул.

— Hinc et inde, — хрипнул он, соединяя свою волю с моей, и Тритон взвыла от ярости, когда наша общая сила сломала её чары и треснуло проклятие.

— Да кто ты вообще такая? — Скотт поднялся, белый как мел, пока Тритон отталкивала стол, освобождая место. — Призывательница демонов? — Его взгляд метнулся мне за плечо — Элис, шаркая, добежала и остановилась у моего плеча. — Ты не можешь быть Элис. Я только что с ней говорил.

Её птица сидела на плече, кивая и каркая — так он нас и нашёл, решила я, нахмурившись, когда Элис подняла руку, успокаивая фамильяра.

— Ты и есть Элис. Ты водишься с демонами? — добавил Скотт, и тихие слова Элис к птице споткнулись. — Иначе ты не добралась бы сюда так быстро. Что ты натворила?

Элис придвинулась ближе.

— Вот и всё, конец моей карьере. Спасибо тебе, Рейчел.

— Ещё не всё, — пробормотала я, нащупывая в кармане зелье забвения. Одного было мало, нужно два. Я коснулась ремня сумки и взглянула на неё. — Думаешь, сможешь отвлечь её на секунду?

— Ты серьёзно?

— Или предпочитаешь сама подраться с Тритон? — рявкнула я и резко потянула её ближе, когда Тритон вновь рванулась к мужчине, а Скотт щёлкнул и поднял вокруг себя защитный круг. Восторженно фыркнув, Тритон бросилась вперёд, чтобы врезаться в него с удовольствием.

— Она никогда не прорвёт круг Скотта. Нам нужно убираться, — сказала Элис.

Но я знала: Тритон прорвёт. И выдернула из сумки ещё одно зелье. Пальцы наткнулись на два маленьких пузырька. Я подняла глаза и увидела, как Тритон вжимает кулак в круг Скотта, словно солнечные вспышки вырывались из её руки: чёрное и золотое перемешивалось с фиолетовым и красным Скотта. Стриптиз-бар уже опустел, но кто-то наверняка вызвал О.В. У нас не было времени.

— Делай! — крикнула Элис. Я лишь покачала головой, медленно приближаясь. Время решало всё. И зачем мне сжигать синапсы, если Тритон сама могла разнести круг Скотта?

— Моё! — взвизгнула Тритон в восторге, когда круг Скотта стянулся на него, словно рубашка… и исчез. Скотт стоял, побелев, между ним и Тритон оставалась лишь угасающая искра.

— Давненько у меня не было члена ковена, чтобы приносил мне утренний чай, — добавила она, протягивая руку.

— Тритон! Смотри! — выкрикнула я и сорвала крышку с первого зелья забвения, метнув его ей в лицо.

Она вскрикнула, попятилась, беспомощно пытаясь отмахнуться от оседающего заклятия.

— Почему? — выдохнула она — и это была её последняя внятная мысль. Я схватила её за руку, желая стать первым, кого она вспомнит, когда мысли вернутся.

— Мы, девчонки, должны держаться вместе, — сказала я. — Беги!

Тритон замерла, её взгляд скользнул по почти пустому бару, по сцене, по тусклому свету… В чёрных глазах мелькнуло едва уловимое пятно страха — и она исчезла, оставив после себя лишь запах горелого янтаря.

— Господи, спасибо, — прохрипел Скотт, глядя на угасшее сияние над рукой. — Элис…

— Она в лагере ковена, — ответила я и швырнула в него второе зелье.

— Эй! — взвыл он, пытаясь стряхнуть чары, но было поздно. Я схватила Элис за руку и потащила к двери. Её ворон взвился в воздух, хлопая крыльями над нашими головами, пока не уселся под потолком.

— Слик! — выкрикнула она, а я вытолкнула её за дверь.

— Твоя птица нас выдаёт. Беги. Только чтобы Скотт тебя не заметил, — бросила я, обернувшись: он всё ещё сдирал с себя зелье. Дерьмо на тосте… Я использовала заклинание памяти на члене ковена.

Но Элис уже выскочила, и я рванула следом, утащив её за ближайший мусорный контейнер.

— Я думала, ты сказала… — начала она, но я пригнулась, выглядывая за ржавый вонючий бак. Сирены выли, но у нас было несколько секунд.

— Хочу убедиться, что Скотт выберется, — сказала я. Она кивнула, осела на месте, всё ещё дрожа после пережитого. Я понимала её. Сама держала руку на животе, когда сирены усилились и три ведьмы из О.В. ворвались в здание. У меня загадка вместо зеркала. И хуже — я знала, что остановить сегодняшнее уже не смогу. Это была моя вина. Кистен был готов сбежать, но, увидев меня, решил, что миру будет лучше без него.

Я не позволю этому закрепиться.

Элис дрожала, выглядывая из-за бака.