— Издержки профессии, Лёлик.

— Ты не прав, капитан, с этим сбродом я не якшаюсь давно. Хватит, в свое время достаточно среди них покрутилась.

— Разве у тебя есть возможность выбирать?

— Есть, Санечка… Есть человек, который однажды ввел меня в тот круг, где я сегодня вращаюсь, и который все делает для того, чтобы мое положение крепло там день ото дня. Он ничего с этого не имеет, ни под кого меня не подкладывает, он просто дает мне возможность хорошо зарабатывать и вольготно жить.

— Причина?

— Я ему очень нравлюсь. Только не как профессионалка, знающая свое дело, а просто как женщина, как человек. Могу даже взять на себя смелость предположить, что человеческое начало во мне интересует его гораздо больше, нежели чисто женское.

— Кто он, Лёлик?

Лиля вздохнула, лицо ее украсила легкая ироничная усмешка.

— Бандит… Единственный в мире бандит, который мне симпатичен.

— Интересно, чем?

Она потерла щеку.

— Трудно сказать. Просто симпатичен, и все. Наверное, потому, что ничто не указывает на его принадлежность к блатному миру: речь, манеры, умение вести себя с людьми. Он увлекается живописью, любит играть в шахматы, за карточный стол садится только в компании с постоянными партнерами, каждый из которых уверен, что шулерство — удел дебилов, а выиграть не смухлевав — вот высший пилотаж. И играют они не ради денег, а ради того, чтобы насладиться игрой, самим процессом.

— Как зовут его, Лёлик? Род занятий?

— Геннадий Евгеньевич Золотов его зовут. А род занятий… Ну, чем, по-твоему, занимаются бандиты? Но легальное прикрытие — это «Бастион развлечений»: Гена его хозяин. И еще у него имеется доля акций в корпорации Тропинина.

— У Тропинина же, я слышал, имеется доля акций в «Бастионе».

— А ты неплохо осведомлен для только что воскресшего.

— Осведомлен, что ж поделаешь, — вздохнул Мулько. — Значит, это Золотов поведал тебе о связи Тропинина с Ларисой?

— Он. Мы как-то раз обедали с ним в одном из ресторанов «Бастиона» и вдруг увидели Юрмиха с Ларисой, вернее, Гена увидел — я к ним спиной сидела. Он кивнул Юрмиху, а на мой вопрос, кого это он там приветствует, ответил, дескать, Юрку с его мамзель…

— Юрку?

— Ну да, они же друзья с детства. Золотов Тропинина в свое время и в люди вытащил. В общем, я оглянулась и поняла, что мамзель Юрмиха не кто иная, как Ларка наша. Она в ресторане том меня так и не увидела, ну а я впоследствии не стала у нее ничего выпытывать.

— Золотов больше ничего не объяснил? — снова спросил Мулько. — Не сказал, например, почему они встречаются тайно?

— Сказал. Только совсем немного. Причина до жути тривиальная — супруга Юрия Михайловича. Тот вроде бы обожает свою жену и не хочет причинять ей боль.

— Несколько странное обожание, — с сомнением высказал Мулько. — Боготворить жену, а вместе с тем иметь любовницу, да еще пользоваться услугами проституток. Ты не находишь?

— Он перестал пользоваться нашими услугами примерно в то самое время, когда познакомился с Ларисой. Видать, здорово ему Ларка голову вскружила!

— С тобой он тоже виделся тайно?

Лиля немного помедлила с ответом.

— Ты знаешь, нет. Обычная встреча вечером в ресторане, потом он повез меня на одну из своих квартир, а утром подбросил до дома. На прощание даже руку поцеловал. Он вообще, Юрмих этот, умеет с женщинами обращаться… Приятный мужик.

— У него красивая жена?

— Не знаю, — Лиля пожала плечами. — Я ее ни разу не видела… Ну что ты весь задергался, капитан? Что тебя так взволновало?

Мулько приподнялся, прижал плечи к спинке кровати, затушил в пепельнице свой окурок.

— Не знаю, Лёлик. Пока не знаю. Мне многие вещи в этой истории покоя не дают.

— Какие, например?

— Не могу сказать. Все это находится на нулевой стадии, нет даже элементарных предположений, но интуиция подсказывает мне, что я правильно сделал, придя сначала именно к тебе. А интуиция меня ни разу не подводила. — Мулько резко умолк. — Веселые у тебя соседи, Лиль!

За стеной ударили аккорды рок-н-ролла, послышались громкие голоса, смех.

— Да ну их! — заворчала Лиля. — Достали уже. Представь, Санечка, такие гулянки проходят там, как минимум, раз в неделю, и все это на протяжении уже нескольких месяцев, что я здесь живу. Расписание, что ли, на двери у него висит, у критика этого долбаного!

— У кого? — не понял Мулько.

Она пояснила:

— Критик театральный там живет.

— Дает богема шороху! — Мулько улыбнулся. — Ты знаешь всех своих соседей?

— Почти. Справа этот театрал проживает, слева — какая-то шишка из налоговой инспекции, подо мной — зам генерального семнадцатого оборонного, а в квартиру сверху только два дня назад въехали, и кто такие, мне пока не известно… Капитан, у тебя еще будут вопросы?

— Возможно, будут. Но вот что это будут за вопросы, сказать пока и сам затрудняюсь.