— Именно поэтому и не помнишь, — пробурчал себе под нос паучок.

— Так дело не пойдёт. Каким бы я ни был, это был я. Думаю, у меня достаточно ума и силы воли, чтобы справиться со своими воспоминаниями и остаться нормальным парнем. К тому же, после всего, что ты натворил, я не уверен, что ты в состоянии адекватно оценивать людей и меня, в частности.

— Я не хочу рисковать, — в голосе Серкха, однако, прозвучало сомнение. Думаю, он прекрасно понимал, что достаточно одного моего приказа, и ему придётся выдать все мои воспоминания, — может быть, для начала пару воспоминаний?

— Хорошо. Я готов. Пару воспоминаний. Настоящих, чтобы я ощутил себя! — произнёс я повелительно.

— Слушаюсь, — ответил он, склонив голову.

Моё тело терзала боль. Ноги давно не слушались, но нервные волокна до конца не отмерли, и сейчас ноги опять пульсировали болью. Чтобы слегка её унять, я залпом выпил полную рюмку поитина. Крепчайшее пойло, от которого внутри всё вспыхнуло огнём, а из глаз полились слёзы. Но другой напиток архимагистру и не поможет.

— Ильдар! — рявкнул я. — Позови этих бездельников.

На столе передо мной лежали заготовки артефактов. Я покрутил их в руках.

— Так вы работаете, идиоты? — Передо мной стояли три моих ученика. Они тряслись от страха, глядя на меня. Их со мной связывала самая жёсткая ученическая клятва, и ученики прекрасно знали, что их жизнь в моих руках. — Здесь грань недостаточно хорошо отполирована — я швырнул одну пирамиду в руки Марка, второго ученика. Тот с трудом поймал будущий артефакт и низко поклонился.

— Сейчас всё исправлю, уважаемый архимагистр. Прошу меня простить, — после чего, ещё раз низко поклонившись, парень, пятясь, дошёл до двери и скрылся за ней радуясь, что легко отделался.

— Твоя работа? — Я взял в руки резной куб и посмотрел на Ставра, моего третьего ученика. Он магией вырезал узоры на камнях. — Что за бездарность? Рисунок убог! Линии толстые. Это — подарок будущей невесте одного из баронов. Он за него отвалил почти тысячу золотых! Прекрасный магически усиленный розовый мрамор. Цена этого куба больше, чем твоя годовая зарплата, а ты умудрился запороть его? Безрукая бездарность!

— Что мне делать? — со слезами на глазах спросил Ставр.

— Доделывай свою работу. Штраф — сотня золотых и пять плетей! — Услышав о плетях, Ильдар с предвкушением улыбнулся. Приводить наказание в исполнение было его делом. Доставлять физическую боль беззащитным. Он это любил.

— Мастер, у меня двое детей. Они голодают. Я не получил от вас денег и за прошлый заказ. Нам нечего есть! — попробовал надавить на жалость Ставр.

— Какое мне дело до твоих ублюдков? Ты — криворукий дебил, скажи спасибо, что я взял тебя в ученики и довожу до ума твои кривые поделки. Никто, кроме тебя, не виноват, что ты не видишь денег. Иди работай!

— Теперь ты, — я повернулся к молодому испуганному парню. Он был хорош, и из него может вырасти настоящий рунолог, — ты слаб и глуп. Твои руны может выковырять любой деревенщина даже без дара, — я с наслаждением увидел, как на его глаза наворачиваются слёзы, — неделю наполняешь мой накопитель, пока не научишься работать с мощной энергией.

— Но, учитель, ваш накопитель слишком мощный. Он может порвать мои магические каналы! — всхлипывая, попытался возразить мне парень. Ослушаться меня он не смел, я сам проводил ритуал, что связал его со мной магической клятвой на крови.

— Конечно, для такой бездарности, как ты, он слишком мощный. И тут только два варианта: либо ты выживешь и станешь сильнее, либо просто сдохнешь. Выполняй! — рявкнул я. — Ещё благодарить будешь за такую возможность.

Воспоминание померкло. Я снова сидел в своей комнате.

О чём говорил Серкх? Это я — плохой человек? Что за бред?! Вокруг меня были тупые идиоты, из которых я пытался сделать настоящих мастеров. Они должны были молиться на меня за это. Пройдя моё обучение, парни станут настоящими мастерами.

Только я собрался высказать свои мысли вслух, как провалился в следующее воспоминание.

Я находился в башне на окраине королевства. За моим креслом стоял Ильдар, передо мной — пятёрка магов.

— Бездарности, — вынес я вердикт, разглядывая повреждённый защитный контур крепости, — тут работы на пару часов! И ради этого меня вызвали из столицы?

— Прошу нас простить, мастер, — поклонилась пухленькая девушка, — это уровень архимагистра. В нашем баронстве нет ни одного мастера, кто мог бы сравниться с вами в умении.