Я начал было, собирая последние силы, накапливать заряд в правой руке, готовиться к новой атаке и сделал шаг вперёд, как вдруг мне дорогу преградил Матвей.

— Так, Ваня, угомонись! — громко, но мягко сказал приятель, уперевшись руками мне в стальной нагрудник. — Ты уже показал себя, дай теперь другим поработать. Ты только посмотри, как они вдохновились твоей победой, да они готовы этих Леших уже зубами рвать! Пять минут и всех монстров разгонят по домам, чтобы не лезли больше сюда.

Я опустил правую руку, распределяя заряд по магическим каналам и возвращая в почти опустевшие круги маны. Другой рукой я мягко отстранил приятеля, пытаясь посмотреть, что там творится.

А он оказался прав, воодушевлённые падением дракона бойцы ожесточённо истребляли монстров, которые посмели войти в город. Твари в несколько раз превышающие любого из бойцов по весу и силе, отступали под неудержимым натиском, падая один за другим замертво на землю. Бойцы перешагивали через убитых тварей и набрасывались на следующих, нанося смертельные удары зачарованными клинками и стреляя усиленными магией пулями.

Победный крик бойцов уже перекрывал рёв и вой умирающих Леших, гиен и Василисков, оттесняя их всё дальше за ворота, потом в поле, где они уже попадали под огонь пулемётов, а затем и автоматических турелей.

— Выпей это, — услышал я совсем рядом голос Евгении, и у меня перед лицом появилась пробирка с искрящейся жидкостью рубинового цвета.

По этим крохотным искоркам я понял, что это доработанный вариант восстанавливающего эликсира, который не блокирует усиление кругов во время применения магии. Не задумываясь, я взял уже открытую пробирку и осушил её в один глоток. Через несколько секунд почувствовал, как магические каналы снова наполняются энергией и круги маны сияют всё ярче, пульсируют сильнее.

Снова вперёд устремились санитары с носилками, собирая раненых солдат, вытаскивая некоторых из-под убитых монстров, дружно наваливаясь на тушу, чтобы освободить раненого.

Анатолий Фёдорович подошёл ближе, и мы начали спасать жизни бесстрашных бойцов, защищавших город от нашествия монстров Аномалии.

— Бросаешь меня одного постоянно, — нарочито недовольно проворчал Герасимов, залечивая раны очередного бойца. — Похоже, у тебя это уже в привычку входит, я уже начинаю смиряться.

— Ну извините, что так получилось, — усмехнулся я, выпуская из ладоней пучки тонких зелёных вихрей, исцеляя таким образом раны сразу у троих бойцов.

— Да ты не обижайся, Вань, — улыбнулся наставник, обернувшись ко мне. — Шучу я так. А ты знаешь, меня впечатлило, как ты этого здоровенного урода молниями отходил. Отделал его как следует, пока он своим огнемётом не подавился. Так остальные-то тебя как напугались, а? Ты видел? Сразу все двинулись на попятную. Типа «извините, мы случайно берега попутали».

— Господи, откуда у вас все эти выражения, Анатолий Фёдорович? — рассмеялся я, переходя к следующим раненым, и от вида их ран мне резко стало не смешно. — Вы же целитель, заведующий отделением, учёный.

— Эх, Ваня-Ваня, — покачал головой Анатолий Фёдорович и тяжко вздохнул. — Вот поработаешь с моё, такого ещё насмотришься и наслушаешься, ещё похлеще заговоришь, я тебе обещаю.

— Всё может быть, спорить не буду, — сказал я, помогая подняться бойцу, который только что находился на грани смерти.

Не зря я сегодня предложил наставнику вылазку на передовую. И не только потому, что дракон бы тут немало народу успел положить, но и как целитель я жизней спас сегодня немало. Двоих из исцелённых вполне могли до госпиталя не довезти. Осознание этого дорогого стоит.

Бойцов с относительно лёгкими ранениями отвезли в госпиталь, всех остальных мы уже вылечили. Мы стояли с Анатолием Фёдоровичем в сотне метров от городских ворот и оглядывались вокруг, не забыли ли про кого. Но вокруг валялись только тела монстров, самым большим из них был Бронированный Дракон, в глазах которого ковырял ножичком Матвей.

Парень с довольным видом отстранился от головы дракона и посмотрел на меня.

— Ваня, ты только посмотри! — воскликнул мой телохранитель, демонстрируя в вытянутой над головой руке крупный голубой кристалл, озарённый изнутри мягким светом, хорошо заметным в темноте.

— Красавчик! — крикнул я. — И ты, и кристалл. А я про это сейчас даже не вспомнил.

— А зря, — сказал Матвей, подходя ближе. — Мы со Стасом уже немало наковыряли тут, теперь хороший сундучок нужен.

— Ну пока для этого и ранец сойдёт, — усмехнулся я.