Благо, завести семью во время учёбы он не успел, и потому, узнав о наборе дизелистов в полярную экспедицию, не задумываясь, отправился на собеседование. Сидевшая в отделе кадров замшелая грымза, едва узнав, что перед ней бывший офицер, уволенный по ранению, попыталась указать ему на дверь, но Руслан, не вступая в долгие споры, просто поднял на вытянутых руках стол, за которым она сидела, вместе с пыльными бумагами, лежавшими на нём.

Стол этот, явно помнивший и революционные попойки и работу людей из НКВД, был сделан из древесного массива и весил, чуть ли не больше самого Руслана, но умение направлять свою злость в нужное русло придало парню сил. В итоге, проникшись этой демонстрацией, и туманными намёками на то, что в их войсках даже раненных просто так не увольняют и не отпускают, грымза оформила его документы, сходу сообщив, что окончательное решение будет принимать компетентная комиссия.

Плюнув на эту ушибленную параграфами дуру, Руслан принялся терпеливо дожидаться очередного вызова из института. В собственной компетентности и способности разобраться с любой поломкой он не сомневался. Недаром же их в училище без малого два года мучили технической подготовкой. А все двигатели современных боевых машин, являются дизельными. Ко всему прочему, навыки электромеханика, полученные на курсе по минированию и взрывотехнике, тоже оказались не лишними. Но самым весомым аргументом для проводившего собеседование мужика, совершенно неожиданно оказалось то, что Руслан не пил. Вообще.

Именно это и стало последней точкой, заставившей беседовавшего с ним мужчину отложить документы Руслана в сторону и решительно подытожить:

— Всё. Вы приняты.

— Неужели так важно, пью я, или нет?- растерялся Руслан.

— Вы не поверите, молодой человек, сколько проблем возникает на этой почве в экспедициях, — вздохнул мужчина. — И ладно бы, они просто спирт понемногу таскали. Так они ведь умудряются на камбузе сахару наворовать, дрожжей, и такого самогона нагнать, что дух вышибает. Нажрутся до поросячьего повизгивания, а потом несколько дней работать не могут. С бодуна. Ходят, трясутся. Или похмеляться начинают. Что ещё хуже. А в экспедиции каждый день на счету. План работы на весь год заранее расписан.

— Понятно, — удивлённо кивнул Руслан.

— Откровенно говоря, вы меня удивили, — неожиданно признался мужчина. — В первый раз вижу офицера, который вообще не пьёт.

— Ну, до ранения бывало, конечно, — улыбнулся Руслан. — Не сильно, но иногда позволял себе расслабить вожжи. В нарушение спортивного режима. А когда зацепило, пришлось совсем отказаться. Да я и не болел этим никогда.

— Спортсмен значит, — кивнул мужик. — Слышал я, как вы нашу Клару Карловну уговорили. Столом. Кстати, а вам разве никакие лекарства или процедуры больше не требуются?

— Теперь уже нет. В крайнем случае, обычное обезболивающее, — пожал Руслан плечами. — Но ведь и у здорового человека может голова, или зуб разболеться.

— Это, да. Это, конечно может. Ну да ладно. Будем надеяться, обойдётся, — снова вздохнул мужик, протягивая Руслану руку.

— Такое впечатление, что я вам не нравлюсь, — не удержался Руслан, отвечая на рукопожатие.

— Наоборот. Нравишься.

— А чего тогда вздыхаете?

— Команда уж больно разношёрстная получается. А это очень плохо. Тридцать человек на ограниченном пространстве почти год. Это не шутка. Тут психологическая совместимость важна. Иначе, до беды не далеко.

— Ну, с людьми я всегда ладить умел, — пожал плечами Руслан. — Да и основам психологии нас в училище учили. Как-никак, с людьми работаем. Работали, — поправился он, растеряно, усмехнувшись.

— Ну, дай-то бог, — кивнул мужчина, сделав вид, что не заметил его оговорки.

Два месяца, проведённые на борту теплохода пролетели незаметно. Благо, там было с кем поболтать и сыграть партию в нарды. К этой восточной игре Руслан пристрастился на Кавказе и научился ловко выстраивать свои камни, перекрывая противнику доступ к «дому». Ему вообще нравилось это сочетание удачи и тактических способностей человека. В отличии от шахмат, основанных на математических расчётах и логике, здесь присутствовал элемент неожиданности. Никогда не знаешь, какой гранью повернутся к тебе зары. Кубики, на которых были нанесены точки. В других играх их обычно называли костями.

Но с началом зимовки, дела пошли не так весело. Четверо дизелистов делили сутки по шесть часов на дежурство, не считая пересменки и ремонтных работ. Выходные, отгулы и тому подобные отпуска просто отсутствовали, по причине не имения в них необходимости. Да самой станции им пришлось добираться вертолётами. Судно причалило к острову Стюарт, принадлежащему новой Зеландии и являющемуся одним из самых ближайших островов к южному полюсу, на котором существует хоть какая-то жизнь. Далее, через море Амундсена, на ледник.

До истории с вооружённым конфликтом по поводу Фолклендских островов, советские зимовщики использовали их и огненную землю для подобных целей, но после захвата этих территорий британцами, этот путь стал для Российских экспедиций недостижим. Поэтому, приходилось терять время и сжигать тонны авиационного топлива, перебрасывая всё необходимое для зимовки грузовыми вертолётами. И вот теперь, после окончания всей этой суматохи, Руслан всё больше приходил к выводу, что уже просто готов озвереть от скуки.