Я в облике гастарбайтера вошёл в съёмную посуточную квартиру, проверил, что никто не поставил новых жучков, и открыл холодильник, где лежали курица и продукты.

Конечно, клиент хотел более диетическую сухую грудку, но я повар, мне виднее, как будет вкуснее. Мне же есть, а ему завидовать.

Достал бёдрышки, снял кожу и убрал кости, орудуя японским ножом. Он и правда острый, как бритва. Казалось бы, простенькая сталь, а не дорогая порошковая, но глава фирмы, старик Хаттори, отлично понимает в термообработке, и у него даже обычная сталь режет на отличном уровне. Туман всем этим интересовался и нож этот добыл за конские деньги. А я теперь это всё знаю и пользуюсь.

Этим же ножом я покромсал курицу поперёк волокон, пока на газу грелась найденная в плите старая чугунная сковородка.

Втёр в мясо специи. Зиру, паприку, соль и перец не жалел, щедро втирал руками. Порезал красную луковицу, но положил это в чашку и залил уксусом с сахаром и солью. Лук замаринуется, уйдёт горечь.

Его я отставил в сторонку, маринуется он быстро, и начал делать соус из греческого йогурта, чеснока, лимона и приправ, найденных в ближайшем «Магните». После очень тонко пошинковал капусту, а помидоры нарезал мелким кубиком и слил сок.

Сковорода уже дымилась, я плеснул на неё масло, дождался, когда оно нагреется, и выложил курицу одним слоем. Она тут же зашипела, но я не трогал несколько минут, чтобы схватилась корочка.

Долго не жарил. Закончив, достал кусочки и порезал их ещё меньше, а лаваш подогрел прямо на газовом огне, чтобы стал тёплым, но не сухим и хрустящим, совсем чуть-чуть.

Его я бросил на доску, смазал соусом, разложил курицу, добавил ещё соус. Теперь капуста, помидоры, лук и свежая зелень. Завернул так, что любой повар шаурмы одобрительно бы закивал, после подогнул края и положил на сковородку швом вниз. Обжарил, но недолго. В фольгу не убирал, пусть постоит, а то размякнет.

Теперь пора ехать. Клиент голоден. Я тоже.

— Чё так долго? — возмутился Денчик, окинув меня подозрительным взглядом.

На нём ещё костюм, он не переодевался, потому что скоро ему опять ехать. Я протянул ему пакет. Он взял его двумя руками, открыл, втянул носом воздух и подобрел.

— Ладно. Сколько там должен…

Он подобрел, а я нет. Жаль, что закончилось то супер-средство из баллончика. Но зато обе руки у него заняты, ведь он держал ими пакет.

Я шагнул вперёд, он инстинктивно попытался закрыть собой дверной проём, но я нырнул сбоку и ниже, и прошёл за его спину. Пусть он весит килограмм на двадцать больше, сейчас это ему не поможет. Да и я выше.

Пока он пытался понять, что происходит, я обхватил его шею правой рукой, чтобы сгиб локтя был на кадыке, а левой зафиксировал треугольник за головой, нажимая на его затылок.

Он дёргался, пытался задеть меня локтем или сбросить, но времени у него было мало. Через шесть секунд упирающийся Денчик начал обмякать. Я отпустил, чтобы он не помер, и потащил его тушу на кухню.

Тяжёлый, зараза какая.

Так, стульев нет, одни табуретки. Придётся ему полежать на полу. Я вернулся, забрал шаурму и закрыл дверь на замок. Теперь к нему, пока он не пришёл в себя.

Очнулся Денчик быстро, но встать никак не мог. Я перевязал его ноги толстым скотчем в несколько слоёв, дважды, выше колен и у щиколоток, а руки стянул пластиковой стяжкой, запас которых лежал в машине. Причём стянул у локтей и у запястий, и ещё между собой связал обе стяжки.

Рот обмотал скотчем, засунув перед этим туда тряпку. Его карманы сразу вывернул и забрал из них всё, чтобы он не использовал что-то из этого для освобождения. И пока он пытался понять, что происходит, я уже получил доступ к его телефону, скачав ему особый файлик.

— Я бы приехал быстрее, — сказал я, подтащив табуретку к столу. — Но очень хотелось есть, и я не знал, что приготовить. А ты мне подсказал, и повод появился.

На мне тёмные очки и куртка с капюшоном. Сейчас мы не на улице, а один на один, не надо делать так, чтобы он меня узнал или вспомнил потом. Поэтому куртка мешковатая, лица не видно, а голос другой из-за вкладок.

На этом разговоре мы с ним не закончим, ему ещё показания давать на своего шефа.

Я достал выкидуху. Лезвие щёлкнуло, а Денчик вздрогнул. Но я просто разрезал шаурму наискосок и взялся за правую половинку.

— Ого, — сказал я, откусив. — Знаешь, это лучшая шаурма из всех, что я пробовал. Конечно, не такая сухая, как ты хотел, но всё равно отличная.

А ничего так вышло, хрустит. Надоест шпионствовать, открою киоск, буду делать шаурму.

— М-м-м! — замычал Денчик и начал кататься.

— Завидуешь? — я усмехнулся. — А теперь слушай расклад, — я достал телефон.

Совместим два подхода, чтобы получилось как можно более удачно. И надавим, но и предложим выход, чтобы он сам был рад помочь.