Шрифт:
Пиздец… Ну да. Идеальный вариант, конечно…
– Ты дурочка…
– Почему?
– Не важно… – зарывшись носом в её волосы, закрываю глаза. – Прости, что закрыл тебя там. Я не должен был… И вообще повёл себя стрёмно. Знаю…
Чувствую, как наши с ней сердца разгоняются внутри. Словно целый оркестр тут создают. Прямо на наших глазах…
– Обними меня сильнее, – просит она, спрятав своё лицо от меня. Словно стесняется того, что попросила.
– Я обнимаю…
– Ещё сильнее…
– Ещё? – сдавливаю и ржу. – Я переломаю тебе косточки…
– Нет…
Она вжимает свой нос в мою одежду и нюхает меня. А я начинаю бояться. Себя и своих чувств, потому что уже не представляю, как выйти из этого дома целым… Что-то не так. И это что-то пугает меня посильнее всего остального…
Глава 19.
Милена Сахаровская
Я сама не понимаю, что со мной происходит. Он же как волна, и я рядом с ним становлюсь такой же… Непредсказуемой, бурной, необузданной… Мы сразу же вступаем в противостояние. Всегда.
Раньше мне всегда казалось, что Анжела была бы для него идеальным вариантом. Она бы смогла его приручить. Не позволила бы так с собой обращаться… Я думала, если они начнут встречаться, он перестанет меня обижать, потому что она поставит его на место, но…
Смогла бы я в итоге принять этот союз? Сейчас в его объятиях у меня ощущение, что нет…
– Ты чего дрожишь вся…
– Не знаю…
– Замёрзла, что ли? Тепло же…
– Нет, не в этом дело… Мы с тобой точно занимаемся чем-то не тем, Марков…
– Да? А у тебя есть идеи? – улыбается он, снимая волосы с моего лица.
– Я хочу домой, – неожиданно для самой себя произношу, а он… Он вдруг опровергает это.
– Не правда… Марго говорила, что дома ощущает себя пустой.
– Ты что и это запомнил… – бормочу в растерянности, ощущая, как тревожно мне становится от его слов. Я ведь помню, что так много ему рассказывала. Делилась с ним всеми чувствами на протяжении этого месяца. Не фактами, а именно чувствами…
– Я всё запомнил…
– И сам говорил правду?
– Конечно… Зачем мне врать?
– Мы с мамой… У нас странные отношения… Ты помнишь…
– Ну… Ты говорила, что вы одни… Про странные отношения нет…
– Это она положила мне с собой презервативы… – вздыхаю и думаю он сейчас будет ржать, но он просто молчит и гладит мою спину.
– Она не знает, получается…
– Она и не интересуется особо… Думает, что я давно живу такой жизнью… Не знаю почему… Я и парня-то домой ни разу не приводила, – вздыхаю с грустью.
– Это же не значит, что ты какая-то не такая… – говорит растерянно.
– Ты спрашиваешь или утверждаешь?
Он смеётся, а я поднимаю на него взгляд.
– Я пытаюсь поддержать просто… Но не силён в трёпе… Понимаешь?
– Нет… Что у вас с родителями? Ты писал, что… Вы тоже мало общаетесь… И говоришь они ругаются… Расскажи…
Он вдруг искривляет лицо и вздыхает, откинувшись на подушку… Залипает в потолок.
– Уверена, что хочешь это знать?
– Ну… Это было бы справедливо. Не считаешь?
– Наверное, – пожимает он плечами. – Ну, вообще в целом… Родители меня хотели… Относятся ко мне нормально. Не пиздят, ничё такого. Никогда такого не было. Уже хорошо в Рашке, правда?
Я хмурюсь, а он гогочет.
– Свожу всё в шутку… Чтобы ты улыбнулась, а ты вот… – проводит пальцем по морщинке у меня на лбу.
– Так и…
– Ну они типа собачатся, как мы с тобой… Постоянно… Я уже думаю, что это типа норма для нашего семейства…
– Как мы с тобой… Твой отец запирает мать в подвале? – спрашиваю и слышу его заливистый ржач. Просто истеричный.
– Бляяяяядь ахаххаха, – продолжает он, а мне вот совсем не смешно. И я толкаю его в плечо. – Я просто представил… Это нечто.
– Не закрывай меня больше…
– Не буду, сахарок. Обещаю… Ты правда её снова видела?
– Правда… Она почти там же сидела… Смотрела на меня… Жуткая огромная…
– Милен… Это мышка. Я клянусь. Она не огромная. А маленькая… Это правда полёвка, я их отличаю… – уверяет он меня.
– Как?
– Ну я просто помню… У меня пёс был на даче, он их гонял… Разворотит поле с сухой травой, они там гасятся под ней, греются… Потом начинают разбегаться в разные стороны…