Шрифт:
– Отпусти, скотина! Помогите!!! – ору во всё горло, пока он грузно нависает надо мной. Вот это горилла, Боже мой. Какой же он тяжелый, меня будто надгробной плитой прибило.
Даже дышать не могу. И тело становится ватным.
– Пиздец ты тупая… Как же бесишь, а… Я тебя точно в сугробе похороню сейчас, если продолжишь орать мне в ухо!
– Отпусти, говорю! – ёрзаю под ним, ощущая повсюду давление. Паника только нарастает. Я не контролирую ситуацию, и он меня сильнее, блин. Моя грудная клетка вздымается так, что сейчас при очередном вдохе разойдутся рёбра.
Я не в себе…
У меня под ним сердце колотится так, будто сейчас остановится от перегруза. Как у тушканчика, загнанного в угол. Им я себя и ощущаю.
Слова в голове путаются. Помню ли я как его зовут? Кажется… А может, уже и нет. Господи, я сейчас сознание потеряю, прибитая им к дивану, не чувствую собственных рук. Что же тогда будет? Что будет? Нельзя этого допустить…
– Женя… Женя, слезь с меня! Марков! – рычу на него, заикаясь. Мне кажется, я ещё никогда такой жалкой не выглядела. Я его боюсь? Ещё как боюсь, блин! У меня страх дерёт горло, не давай мне быть уверенной. Вот я блею как овечка.
– Здесь что-то есть? – спрашивает у меня, нагло проскользив ладонью на мою грудь. Я аж дар речи теряю. Он что и впрямь это делает? Он меня трогает?! Охренел совсем?! Начинаю брыкаться и сбрасывать его с себя. Ощущение, что с маньяком тут нахожусь.
Ору, срывая горло и дерусь, и только после этого он отпускает и встаёт с меня, насмехаясь.
– Не, нет там нихуя, так и знал…
– Урод! Насильник, блин! Псих! Извращенец! – отряхиваюсь, задыхаясь. Съедая слова, чувствую себя облапанной и грязной. Словно кто-то окунул меня в чан с какой-то липкой вязкой жидкостью. Фу…
– Ты чё больная совсем? Про обоюдное удовольствие не слышала? Или ты фригидная? – спрашивает нагло, после чего уходит на кухню, как ни в чём не бывало, а я продолжаю материть его вслед.
Удовольствие! Где он, а где удовольствие?! Я получу удовольствие только когда он откинется, блин! И уж точно не тогда, когда бесчувственная груда камней лапает меня против воли,!
Чуть Богу душа, блин, не отдала! На секунду мне показалось, что он реально меня сейчас изнасилует. Какой же придурок…
Страшно теперь с ним в одном доме находиться. А вдруг ему что-то ещё в голову взбредёт? Вдруг он реально сказал про свои замашки без секса? Думаю, держать что-то тяжёлое возле себя, чтобы если что, двинуть ему по голове. Вот этот шар с блёстками подойдёт… Двигаю его к себе поближе и только тогда становится чуточку легче.
Но после этого вижу, как он прихватывает бутылку с кухни и проходит мимо меня куда-то в сторону. Видимо, бухать… Господи, если он напьётся, я вытащу его на улицу пьяного и просто оставлю там замерзать. Мне похрен! Я даже не пожалею об этом потом! Минус один долбоящер в природе!
Время здесь тянется вечность. Придурок в комнате… Там играет музыка и, судя по всему, он совсем ужратый… А мне так одиноко и скучно, что хоть вешайся. Кроме того, сети почти нет. А когда одно деление всё же появляется, я вижу сообщение от Анжелки со ржачными смайлами… Она сто процентов всё поняла. Господи…
А как вишенка на торте сообщение от мамы.
«Не забывай пользоваться презервативами!».
Закрываю глаза и громко озлобленно выдыхаю, аж пар из ушей идёт. И как я могла так опростоволоситься?! Ощущение, что вселенная решила меня добить.
Ну и позорище…
Единственная попытка найти себе парня в Новом году обернулась таким фиаско. Нет… Я навсегда останусь одна! Лучше умереть в гордом одиночестве, чем при выборе наткнуться на такое чудовище! Мне в любом случае повезло! Иначе бедная девочка Марго, которая его не знала, была бы брошена им сразу после первого раза… Он бы просто поимел её и показал истинную сущность. Потому что мудак по жизни…
Слёзы катятся по щекам. Трудно вообразить ещё худшего исхода ситуации…
Однако, ровно через мгновение в доме вдруг полностью гаснет свет, заставляя меня погрузиться во мрак и ужас этого места окончательно…
Глава 4.
Милена Сахаровская
На цыпочках крадусь в тёмную комнату, из которой теперь доносятся лишь мёртвая тишина…
Стучусь, но реакции не следует. Тогда я осторожно отворяю дверь и шепчу в темноту спальни:
– Жееень… Женяяяя…
Сердце в груди наяривает как на аттракционах. Тяжело соображать в такой ситуации. Ладно я хоть можно подсветить пространство телефоном. Слышу его сопение и хмурюсь, глядя на то, как это тело лежит в обнимку с бутылкой. Просто прекрасно… У нас свет вырубили, а он ни сном, ни духом. Будто вообще пофигу. Даже его колонка перестала играть, а ему хоть бы хны. Алкаш!