— А это уже моя проблема, — скривился я, предвидя трудный разговор. После чего, взяв Боровика за плечо, телепортировался во дворец к Волховецу.

На совещание во дворце Волховеца собрались все значимые жители Святого леса. Весть о том, что уже этой ночью Безымянный нанесёт удар по жителям, вверг всех в уныние.

— Что же делать? — проговорил Волховец, и я впервые видел его таким растерянным.

Трёхметровая сова и жрецы Чернобога вообще ударились в панику, словно Безымянный уже поработил их.

Даже Зевана готова была расплакаться от отчаяния. Хотя, надо отдать должное, она, да ещё, пожалуй, Боровик Иванович смотрели на меня с надеждой.

— Ну что это за упаднические настроения? — проворчал я. — То ли вы никогда не сталкивались с Безымянным?

— В том-то и дело, что сталкивались, — тяжело вздохнул Волховец.

— Может, всё-таки отдать Безымянному броню? — проговорил уже знакомый мне жрец.

— Вот уж от кого не ожидал услышать таких слов! — усмехнулся я. — Собственноручно усилить врага! И вы верите в то, что когда Безымянный получит броню, он спокойно уйдёт восвояси?

Жрец пристыжено опустил глаза.

Однако заухала сова.

— Но как мы сможем победить, уху? Безымянному не нужно появляться лично. Он нашлёт кошмары, и мы сами перебьём друг друга.

— Есть такая опасность, — согласился я. — Однако, я знаю точно, сдаваться в этой ситуации нельзя. Поэтому мы примем бой!

— Значит, всё-таки прольётся много крови, — вздохнул Топтыгин.

— А вот избежать этого в наших силах, — с улыбкой ответил я.

Шум, поднявшийся после слов Топтыгина, сразу стих, и множество взглядов сомкнулись на мне. И я в наступившей тишине продолжил:

— Я, конечно, плохо знаю богов. Но я прекрасно знаю людей. И раз люди породили Безымянного, значит, они вложили в него и свои слабости. Вот по этим слабостям мы и ударим. Но для этого мне нужна ваша помощь.

Жителям Святого леса снились кошмары. Самые страшные их потаённые страхи всплывали со дна души и представали в иллюзорных видениях, медленно и неотвратимо захватывая души и подчиняя волю.

Вот отец семейства открыл глаза, а его тело продолжала бить крупная дрожь.

Тяжело дыша, волколак схватился за голову и обнаружил вместо человеческой волчью. Сон настолько был ужасен, что он невольно обратился.

Волколак попытался утихомирить сердце, но ничего не выходило. Видения из сновидений пробрались в реальность и не оставляли ни на миг. Казалось, они становились лишь ярче, вместо того чтобы потускнеть и исчезнуть, как и положено всяким снам.

— Миромир! — сбоку раздался жуткий рык.

Волколак подорвался и оскалился, готовясь ринуться на врага. Вот только на него зверем смотрела его любимая жена, которая тоже приняла во время сна волчью форму.

— Ты… мне… изменил с Любавой! — выплёвывая слова, проревела любимая и кинулась на него.

Она никогда не уступала ему в силе в волчьей ипостаси, а потому их живой рычащий комок выкатился из дома.

Несколько секунд они рвали друг друга так, что у Миромира полностью отключился разум, отдав управление звериной натуре.

В какой-то миг сознание вернулось, и Миромир ощутил себя прижатым к земле, а над ним истекая кровью и пеной рычала любимая Софьюшка.

— Из-ме-нил, — выплюнула она.

— Всегда любил лишь тебя! Это чёрное колдовство, — он с трудом протолкнул слова через не приспособленную для этого пасть. — Лишь тебя… — после чего закрыл глаза, смиренно принимая свою судьбу от любимой.

Но смерть не пришла, и Миромир с удивлением посмотрел на испуганную жену.

Она же смотрела куда-то перед собой.

Миромир невольно проследил за её взглядом, из-за чего ему пришлось неудобно вывернуть шею.

— Алексей Николаевич, — узнал парня Миромир.

— Зевана… — прошептала Софьюшка.

Оба волколака отчётливо ощущали силу спокойствия, которая волнами исходила от этих двоих.

— Спасибо за жизнь, — произнесли муж и жена уже полностью оправившиеся от ночного кошмара.

— Спасибо. Спасибо. Спасибо… — доносилось со всех сторон.

Миромир завертел головой и увидел, что не одни они с Софьюшкой оказались околдованы проклятой силой.

А Алексей Николаевич с Зеваной уже отправились дальше.

Решение я придумал весьма простое в данной ситуации, и в то же время изящное — накрыть Святой лес защитным куполом. Но простой купол тут не подходил. Нужен был такой, который подарит жителям надежду, воодушевит их и сплотит. Тому, кто уверен в себе, не страшны кошмары.