— Тут я, — из калитки вышел старик.

Если раньше в его сединах виднелись тёмные пятна, то сейчас голова с бородой были полностью белыми.

Мы обнялись, и я представил свою супругу:

— Знакомьтесь, Зевана, она вывела меня из леса, — в принципе, это было даже не ложью, а скорее интерпретацией правды.

— Возмужал! — довольно почмокивая, покивал дед Антип. — Да и лицом… — он замялся и, заметив мою приподнятую бровь, продолжил: — … мужественнее стал. Сильно повзрослел.

— Есть такое.

— А ведь тебе сейчас не больше восемнадцати, — произнёс он, озадаченно вглядываясь в мои черты, что присущи взрослому мужчине, видимо я невольно перенёс некоторые возрастные моменты.

— Так даже лучше, — кивнул я.

Ведь меня ожидают не самые приятные дела и встречи, и там возраст многое решает.

Конечно, можно будучи семнадцатилетним, ну пусть восемнадцатилетним пацаном доказывать всем и вся, что ты невероятно крут, но это долгий и муторный процесс, который может сожрать не одну сотню нервных клеток.

— Господин капитан, — послышался за калиткой знакомый голос солдата, — начальство готово принять Волчатника Алексея.

— Мы тут побудем, — кивнул дед Антип. — Иди. Мы всем рассказали, как ты спас Черепаново.

На это я молча кивнул. Мысли о том, как использовать подобный поворот, однозначно были, и прежде всего в плане личной легализации.

Шагая по немноголюдным вечерним улицам черепановской базы, я с удивлением замечал явные признаки прогресса. Многие дома обновили внешне, появились парные патрули в военной форме, а также тут и там возводились новые здания.

— Базу решили расширить? — поинтересовался я у своего провожатого.

— С тех пор, как провели комплексную проверку системы безопасности, было принято решение об увеличении численности личного состава, — явно продекламировал он кого-то из начальства.

— Ясно, — кивнул я, вспоминая уровень безалаберности что тут царил ранее.

Мы дошли до трёхэтажного административного здания, судя по всему, недавно возведённому.

— Тут ещё ремонт не закончили, — извиняющимся тоном произнёс он, глядя на то, как один из рабочих вышел из центральных дверей, таща на себе какой-то мешок.

— Веди, — поторопил я солдата, и мы с ним зашли внутрь. В нос тут же ударил запах краски.

Мы поднялись по лакированной деревянной лестнице и, пройдя по коридору, оказались у закрытой двери. Солдат постучался и получив разрешение с той стороны, открыл двери.

— Господин полковник, к вам Алексей Николаевич Волкодав, — отрапортовал он и отошёл в сторону, пропуская меня внутрь.

— Значит это вы тот герой, что, будучи слушателем начальных курсов, смог заметить заговор, а после и вычислить предателя?

— Я просто наблюдательный, — я слегка улыбнулся, усаживаясь на предложенное жестом кресло.

— Я — Виктор Леонидович Агафонов, подполковник имперских войск, являюсь начальником военной базы Черепаново. Хотел высказать вам признательность за то, что вы сделали.

Я сдержанно улыбнулся и спросил:

— Виктор Леонидович, можете ли вы мне помочь с документами? Есть ли у вас право дать мне справку? Видите ли, я потерял память и паспорта у меня нет.

— Вот как, — он задумчиво посмотрел на меня, при этом даже не стал спрашивать, где я всё это время находился. — Я чувствую, что вы говорите правду, а ещё, ясно вижу, что вы не под действием гипноза или магии, скажите мне, вы не продались тварям территории?

Кто бы знал, как много ушло у меня сил на то, чтобы сдержать улыбку.

— Я не работаю на волшебных тварей, в том числе разумных. Это они на меня все будут работать, а никак ни я на них, — сказал я чистую правду. — Всё что мной движет, одна единственная цель — стать сильнейшим в этом мире. И я сделаю всё для её достижения.

— Вы говорите правду, — удовлетворённо улыбнулся он. — Тогда, за заслуги перед Российской империей, за храбрость, я уполномочен наградить вас, — после чего он встал из-за своего хлипкого на первый взгляд стола и, подойдя к стоящему на тумбе сейфу, набрал комбинацию.

Толстая дверка с щелчком отворилась, показывая содержимое в виде кипы бумаг.

Агафонов некоторое время искал нужное и найдя, закрыл сейф. Подойдя ко мне, он протянул мне бумагу.

— Что это? — настороженно поинтересовался я, не спеша принимать награду.

— Это решение о вашем поступлении на первый курс Имперской Академии Одарённых при Императоре Николае Александровиче Романове.

До встречи в лесу с тем майором я бы скептически отнёсся к этому дару, но сейчас всё было иначе.