Уверена, его улыбка выглядела гораздо менее натянутой, чем моя. Его глаза оставались, как обычно, темно-серыми – он не пытался проникнуть в ее мысли.

Не хотел ее спугнуть. Мы не знали, на что она может быть способна.

Облизнув губы, женщина еще раз изучила нас глазами, и по ее пухлому телу пробежала дрожь.

Она резко вскочила на ноги:

– Я не желаю иметь с вами ничего общего.

– Подождите! – Джейкоб резко бросился вперед.

Когда женщина побежала назад, прочь от нас, он схватил ее за руку. Мгновение спустя его пальцы сжимали лишь воздух.

Женщина исчезла, растворившись в воздухе так же внезапно и бесследно, как и мужчина в переулке.

Джейкоб посмотрел на свою руку, а затем на то место, откуда исчезла женщина.

– Похоже, они все умеют так исчезать. Вот черт.

Доминик переминался с ноги на ногу.

– Уже поздно, и мы почти не знаем, с чем имеем дело. Думаю, стоит вернуться в квартиру, немного отдохнуть и подумать насчет планов на завтрашнее утро.

Моя ноющая поясница сочла это отличной идеей. Я хотела только плюхнуться на кровать – подальше от парней – и привести в порядок не только свое тело, но и чувства.

– Доминик прав, – сказала я.

Он бросил на меня немного удивленный взгляд, но Зиан, хотя и с явной неохотой, тоже кивнул.

– Сегодня нам ловить нечего.

Джейкоб вздохнул:

– Ладно. Но должен же быть хоть какой-то способ заставить этих придурков задержаться и поговорить.

Андреас легонько похлопал его по плечу:

– Что-нибудь придумаем, Джейк. Мы не зря проделали такой долгий путь.

Квартира, которую он смог забронировать для нас через Airbnb, располагалась в обшарпанном районе на окраине города и, наверное, именно поэтому оказалась свободна для заселения. Но там было четыре кровати, расположенные в трех спальнях, и еще раскладной диван – так что всем нам должно было хватить места.

Одним из преимуществ новообретенной щедрости моих ребят было то, что они предложили мне главную спальню, в которой была собственная ванная комната. Как только мы зашли в дом, два верхних этажа которого теперь оказались в нашем распоряжении, я достала из-за пояса пистолет и положила его в сумку к остальному оружию и затем направилась прямиком к лестнице.

Даже после того, как я неподвижно просидела всю дорогу, бок все еще болел. Дойдя до лестницы, я поправила рюкзак на плечах, чтобы вес не слишком сильно давил на ту сторону.

Должно быть, я была не так осторожна, как планировала, потому что за спиной раздался голос Доминика.

– Рива, ты хорошо себя чувствуешь?

– Да, – быстро ответила я. – Просто устала и немного разочарована. Пойду приму ванну и отдохну.

Я думала, что после этого никто из парней не станет предлагать мне компанию. Но за мной вверх по лестнице – и к двери в мою спальню – проследовал Андреас.

Когда я, взявшись за дверную ручку, замерла и удивленно подняла брови, он достал свой телефон.

– Я выяснил, как загружать музыку на предоплаченные телефоны. Могу показать – вдруг ты захочешь что-нибудь послушать, пока принимаешь ванну.

В его темных глазах таилось столько надежды, что, пока я готовилась к отказу, у меня внутри все переворачивалось.

– Не надо. Думаю, сейчас неплохо бы побыть в тишине.

Я просто хотела сбежать от них всех и обрести пространство, где мне не придется скрывать свои уязвимые места. Где мне не придется постоянно напоминать себе, что эти ребята, так рвущиеся мне на помощь, с легкостью могут причинить боль.

Лицо Андреаса лишь слегка вытянулось, и он кивнул:

– Может быть, в другой раз.

– Ага.

Возможно, мне и в самом деле понравилось бы то, что он предложил, – хотя прямо сейчас мне не хотелось ему в этом признаваться.

Он замолчал и, встретившись со мной пристальным взглядом, понизил голос:

– Если я могу сделать хоть что-то, от чего ты почувствовала бы себя счастливее и безопаснее, – что угодно… пожалуйста, скажи, и я это сделаю. Чего бы это ни стоило.

Тяжесть в моем животе поднялась к груди, сдавливая горло. Когда он вот так на меня смотрел, так разговаривал, я не могла не воспоминать о той ночи, когда все пошло наперекосяк.

И о том, что было до этого. Как он заставил меня почувствовать, что я достойна того, чтобы меня лелеяли, а не наказывали. Когда он сказал мне, что любит меня, – тем же голосом, что и сейчас.

А потом я узнала, что он с самого начала притворялся, будто меня поддерживает, чтобы проверить, не раскрою ли я какой-нибудь злобный тайный замысел.

Парень, которого я знала раньше, тот, кто всегда мог подобрать остроумное замечание, чтобы развеять плохое настроение, тот, кто приводил нас в восторг драматическими пересказами прочитанных им историй и просмотренных фильмов, а когда мы приступали к выполнению миссий, то и правдивыми историями, почерпнутыми прямо из воспоминаний людей, с которыми он сталкивался… Он никогда бы не использовал свое обаяние с таким холодным расчетом.