Он был прав. Прав во всем. «Тебе нужно выдохнуть». «Тебе не обязательно справляться с этим в одиночку».

Я была не просто на грани. Я перешла ее. Я сплела реальность и свой кошмар в такой тугой узел, что больше не видела швов.

Силуэт… он существовал. Да. Но он был моим порождением. Он был моей галлюцинацией. Моим психозом. Продуктом моих опасных, идиотских, тщеславных игр. Он был Nocturne_Fan, который жил у меня в голове.

Он не был Марком.

Я, доктор Вероника Андреевна, специалист «Гелиоса», потерпела профессиональный крах. Я провалила базовый тест на тестирование реальности. То, чему я учила Катю. «Стены — это просто стены». А я? Я превратила грозу в заговор, а поваленное дерево — в злой умысел. Я стала своей худшей пациенткой.

Эта мысль, как ни странно, стала моим спасательным кругом. И одновременно — самым тяжелым якорем. Я могу справиться с собой. Я — психотерапевт, черт возьми! Я найду способ и обуздаю свой страх. Я… вылечусь.

Я продолжала смотреть, как рабочие внизу сворачивают кабель.

«Совпадение, — прошептала я стеклу. — Ужасное, кошмарное, но совпадение».

Я цеплялась за эту мысль. Я повторяла ее, как мантру. Это было просто совпадение. И я обязана извиниться перед Марком.

Я извинилась. Марк стоял у кофемашины, там, где и состоялся наш первый разговор.

— Марк, — я заставила себя посмотреть ему в глаза. Я полчаса репетировала эту фразу. Мой взгляд цеплялся за узор его свитера, за пар, идущий от чашки. Я ожидала увидеть в его глазах насмешку, жалость или… знание. Или услышать тот самый саркастичный тон Nocturne_Fan. — Прости меня. За… дачу. Я была не в себе. Ты был прав, я переутомлена, и… В общем, спасибо. И прости.

Он улыбнулся. Той самой, теплой, настоящей улыбкой. И в ней не было ничего: ни тени, ни намека. Просто… забота. И от этого мой стыд стал еще более едким, потому что я так чудовищно ошиблась.

— Вероника, брось. Все в порядке. Главное, что ты здесь. Выглядишь… чуть лучше.

— Спасибо, — прошептала я и сбежала, пока он не успел снова предложить мне кофе.

Да, это было совпадение. Ветка. Шторм. Рабочие. Но это совпадение чуть меня не убило. Оно оставило меня запертой в комнате с ним на час. Оно заблокировало мой спасательный выход.

Я не могла контролировать погоду. Я не могла контролировать городские электросети. А значит, мой ритуал был уязвим. Моя безопасность оказалась лишь жалкой иллюзией.

Я злилась не на Силуэт. Я злилась на свою халатность.

В свой обеденный перерыв я пошла в магазин цифровой техники. Он был огромным, гудящим, залитым белым безжизненным светом. Там пахло пластиком, озоном и картоном. Здесь не было места теням, пыли и запаху тины. И я чувствовала себя здесь чужой. Шпионом из мира иррационального ужаса.

— Мне нужен источник бесперебойного питания, — сказала я консультанту. — Самый мощный, какой у вас есть.

Он привел меня к стеллажу. Они стояли там, как черные тяжелые бастионы.

— Вот эта модель, — он похлопал по матовому боку, — вытянет игровой компьютер с двумя мониторами минут на сорок.

— Мне нужно больше.

— Зачем вам…

— Мне нужно, чтобы он держал настольную лампу, ноутбук и смарт-колонку, — отрезала я, — минимум три часа.

Консультант посмотрел на меня, как на сумасшедшую. Забавно, ведь он не знал, что я действительно сумасшедшая. Или, по крайней мере, двигаюсь в эту сторону.

— Три часа? Девушка, это не генератор.

— Найдите, — я достала кредитку.

Я лично притащила эту коробку домой, не стала доверять курьеру. Коробка, разумеется, оказалась невыносимо тяжелой, но я справилась. Я поставила ее на пол в своем кабинете, рядом с велюровым креслом. Теперь у меня была новая страховка.

Тяжелый, черный, технологичный куб. Он был полной противоположностью моему страху. Силуэт был древним, пыльным, невозможным. А эта штука собрана из металла, пластика и лития. Она была реальной. Это был мой тотем. Мой собственный, рукотворный якорь.

Я потратила час на подключение. Я выдернула вилку лампы из розетки в стене и воткнула ее в черный блок ИБП, четко следуя инструкции. Взяла удлинитель, подключила к нему «Алису», ноутбук, настольную лампу и мотор для умных штор.

Теперь мой ритуал был в автономном плавании. Шторм мог валить деревья. Рабочие могли чинить свои будки. Весь город мог погрузиться во тьму. Но не мой кабинет.

Моя лампа будет гореть. Моя «Алиса» запустит будильник по таймеру. Мои шторы откроются вовремя.