Однако, Энгельс не может быть правым, если применить его высказывание к той эпохе, что. предшествовала зарождению христианства (а такая хронологическая привязка вытекает из контекста). Появляется несколько вопросов, на которые теория «стихийности» уже не может дать вразумительного ответа.

Эти вопросы вращаются, главным образом, вокруг «тайных обществ», «мистерий», «мужских союзов», «мужских домов» и т.п. — явлений, четко фиксируемых историками и этнографами в различные эпохи, среди разных народов и рас, на разных континентах. Каким образом, без взаимовлияний, без каких-то направляющих контактов, без какого-то единого координирующего центра ритуалы «тайных союзов» могли совпадать не только в общей «философии» их отправлений, но и в частностях, в мелких деталях?

Чтобы читатель уяснил суть поднимаемых нами проблем, проиллюстрируем такие совпадения на фактах.

Уже цитированный нами историк Ю. Е. Березкин замечает: «Ряд зарубежных ученых обращали внимание на поразительные этнографические параллели между этим континентом (т.е. Южной Америкой — авт.) и Меланезией» (островной регион на западе Тихого океана).{250} Племена Южной Америки и Меланезии, отстоящие друг от друга на тысячи километров, разделенные громадным водным пространством Тихого океана, не похожи друг на друга ни в расовом, ни в языковом отношениях, что исключает общность их происхождения.

И, тем не менее, человеческие жертвоприношения сопровождались у тех и у этих совершенно одинаковыми ритуалами и обрядами: вызывание демонов флейтами и трубами, запрет женщинам смотреть на священные музыкальные инструменты, нарушение которого каралось смертью, обязательное надевание на участников этих мистерий страшных масок из дерева или кожи и вынесение «хоругвей Солнца» с изображенными на них черепами, которые занимали центральное место во всем действии.{251}

В Африке подобные ритуалы оформлялись точно так же: трубы, запрет женщинам смотреть на них, уродливые маски, человеческие жертвоприношения и т.д.{252} Милослав Стингл, чьей работой мы широко пользовались, все эти трубы, флейты, маски, человеческие головы и диски солнца, сопровождавшие обряды человеческих жертвоприношений, описывает буквально с первых до последних страниц своей книги, посвященной инкам и их предшественникам в Перу. Как мы помним, такие же «пляски демонов» со всей этой сатанинской музыкой сопровождали человеческие жертвоприношения у финикийцев и карфагенян — мы уже описывали их в VI главе. Эти трубы, которыми пользовались древние евреи при своих жертвоприношениях, мы встречаем и в Ветхом Завете, особенно в «Книге Иисуса Навина» (иерихонские трубы). «Тирренские горны» древних римлян, на которых играли перед гладиаторскими боями — те же «трубы», а сами эти бои являлись ритуальным умерщвлением пленников в честь бога Сатурна в дни зимнего солнцестояния.{253} Впрочем, жертвы Сатурну приносились не только на арене цирка, но и в храмах, и особенно этот бог любил полакомиться детьми.{254}

Изображение человеческих черепов на «солнечных хоругвях» (само славянское слово «хоругвь» связано с иранским «хоре» — солнце{255}), наконец-то, объясняет нам особенное пристрастие жрецов Верховного Существа к этой части человеческого тела в Америке, Океании, Ассирии, Иудее и т.д. Отсюда тамплиерско-масонское почитание символа Мертвой Головы и его отождествление с образом Солнца (Верховного Существа). Отрубание пленникам кистей рук (в Иудее, Ассирии, Америке, Африке, Океании и т.д.) — действие аналогичного порядка. Об этом свидетельствуют многочисленные изображения «солнечных дисков» (Атон) в древнем Египте. Солнечные лучи на этих изображениях заканчиваются кистями человеческих рук, а сама рука с растопыренными пальцами символизирует расходящиеся лучи солнца.{256} Достаточно добавить в этот ряд масонский символ человеческого глаза внутри парящей в небе пирамиды, окруженной солнечными лучами (посмотрите на доллары, у кого они есть), чтобы понять, почему пленным, приносимым в жертву, отрубали головы и кисти рук и выкалывали глаза — вспомните казни ассирийцев и израильтян. Кстати, масонское «око» в арабских странах помещается внутрь не пирамиды («камня»), а человеческой ладони с растопыренными пальцами — это равнозначная символика «солнца». Ладонь с глазом в центре — исмаилитский знак. Читатель увидит этот символ прямо на обложке уже использованной нами книги М. Родионова «Голубая бусина на медной ладони».

Вспомним еще раз и вайнахский термин цiет (связанный с огнем — цiе), которым обозначались отрубленные у врагов головы и руки. В самом названии этих «трофеев» явственно проступает божество, которому они посвящались и которое символизировали.

А теперь зададим себе вопрос — могут ли все эти совпадения символов солнца (Верховного Существа) считаться «чистой случайностью»? Едва ли. Считая все эти «поразительные» (по выражению Ю. Е. Березкина) соответствия «стихийными», Ф. Энгельс или ошибался, или лукавил. Столько деталей и их последовательность в отправлении культа Верховного Существа не могут совпасть случайно, стихийно — это полный нонсенс.

До проповедей Иисуса Христа и пророка Мухаммеда (мир и благословение Аллаха им обоим) и до принятия христианства и Ислама не было на земле религий, в которых мы не нашли бы обряда кровавых человеческих жертвоприношений, частое поеданием умерщвляемых людей. Конечно, Божий пророки и до последних двух великих пророков (мир и благословение Аллаха им обоим) пытались бороться с этим дьявольским в полном смысле слова обрядом. В частности, даже в сфальсифицированном до неузнаваемости Ветхом Завете мы видим, как пророк Авраам (мир ему) отменил приношение в жертву Яхве детей-первенцев. Эти жертвы пытались отменить и в других странах, у других народов. Например, древняя римская легенда рассказывает о том, как царь Нума Помпилий для отмены человеческих жертв «перехитрил» самого Юпитера: «„Ты принесешь мне голову“, — говорил Юпитер. Нума принес головку чеснока. „Да нет же, — воскликнул Юпитер, — я имею в виду нечто человеческое“. Нума принес ему пучок человеческих волос. „Я хочу иметь живое!“ — заорал Юпитер. Нума принес ему живую рыбу. Так ни о чем они не договорились. Но с тех пор Юпитер не стал получать человеческую кровь и мясо».{257} Правда, легенда чересчур оптимистична, но в ней для нас важно то, что даже многобожники пытались отменить умерщвление людей для «кормления» идолов.

Говоря о «кормлении богов» человеческими жертвоприношениями необходимо помнить, что для язычников никогда не являлось принципиальной разницей, кто потребляет жертву — бог или его служитель-жрец. То, что поглощал жрец, считалось съеденным божеством, чей культ тот обслуживал. «Ригведа», например, указывает это совершенно недвусмысленно: «…для всякого, кто знает Веды, нет разницы между -огнем и брахманом».{258}

В секретных обществах древности, в которые входила не только жреческо-шаманская элита, но и в обязательном порядке вовлекались правители и вожди, отождествление богов с их служителями являлось самоочевидным и не подлежало никаким сомнениям. В Африке многочисленные тайные ритуальные союзы (Шакала, Крокодила, Гиены и т.д.), своих богов всегда кормили «через себя». Члены этих союзов, облекшись в соответствующие маски, по ночам выходили на человеческую охоту, причем съеденными оказывались как представители соседних, так и их собственных племен. Иногда эти колдуны-людоеды проявляли своеобразное «остроумие» в этих промыслах. Так, в некоторых местах Африки использовались даже примитивные «подводные лодки», сделанные в форме гигантских крокодилов (общество Крокодила). Причем, «головы» этих сооружений устраивались таким образом, что у них двигались «челюсти» и те, кто находились внутри, могли манипулировать ими, воспроизводя действия настоящих живых крокодилов.{259} Однако, там, где в Африке появлялись государства, обходились без подобных ухищрений. Например, в королевстве Дагомеи на ежегодных празднествах «со-мин» члены общества Леопарда, находящиеся у власти, пригоняли на площадь столицы Абомеи сотни людей, и после ритуальных плясок, в которых мог участвовать и король, рубили им головы на виду у многочисленных зрителей.{260}