Еще пару секунд чародей находился в сознании, затем его голова вновь бессильно поникла. Сорен помедлил, аккуратно поправил обмякшее тело и осторожно ступая двинулся мимо молча расступившейся толпы.

3.

Мудрость приходит с годами, но осторожность требуется всегда. Мастер-целитель Кхи всегда старался следовать этому правилу, переданному отцом еще во времена, когда молодой сын только вставал на путь врачевателя и никакой мудростью похвастать не мог. Но даже тогда он старался не впутываться в авантюры, держался подальше от подозрительных лиц и не лез туда, куда его не просили. А если все же приходилось заниматься чем-то подобным (жизнь странная штука, порой заставляющая делать то, что совсем не хочется), то не задавал лишних вопросов, молча делал свое дело и забывал об этом, успокаивая тревогу жирными гонорарами, которые брал с опасных гостей.

Вот и сейчас, увидев, как в дом вваливается парочка, от которых буквально несло неприятностями, Кхи опытным глазом подметил сразу две вещи: первое — больного придется лечит, мрачный взгляд верзилы в домотканой рубахе и таких же штанах с дубинкой на поясе не собирался принимать другого ответа, он был готов применить силу, чтобы заставить целителя выполнить долг.

Второе, и это, пожалуй, главное, — сам пациент не вызывал доверия. Даже без сознания от него несло еще большей угрозой, чем от тащившегося его на себе мордоворота. Кхи не знал откуда появилось это чувство, но готов был поставить свой дом и свою практику на то, что закутанный в плащ человек являлся невероятно опасным, хотя и выглядел сейчас совершенно беспомощным.

— Чем могу помочь, милостивые судари? — спросил он, со вздохом отметив, что на сегодня прием других пациентов похоже закончен. Парочка выглядела донельзя подозрительной, но избавиться от них просто так вряд ли получится, на это прямо указывала хмурая физиономия верзилы.

— Он болен, надо его вылечить, — отрывисто бросил крепко сложенный гость, повадками напоминающий воина.

Кхи заметил исхудавшее лицо говорившего, указывающее на перенесенные недавно невзгоды. и мускулистые руки с характерными мозолистыми ладонями, привыкшие держать меч.

Целителю уже приходилось видеть решительно настроенных личностей, особенно тех, кто привык решать проблемы силой, и с грустью подумал, что заняться больным все же придется. В противном случае, его просто заставят это сделать под угрозой насилия.

Бандиты, наемники, другие темные личности, легко переходящие грань закона в погоне за наживой — Кхи понятия не имел кто к нему заявился, но в данный момент это не имело значения. Платили такие клиенты, как правило хорошо, в первую очередь покупая молчание врачевателя. И раз уж лечить все равно придется (судя по угрюмой физиономии исхудавшего здоровяка), то в первую очередь следует решить вопрос с оплатой.

— Две серебряные монеты за прием, — сухо сказал Кхи, понимая, что гостей выгнать не получится, а поднимать шум, по крайней мере на данном этапе, зовя городскую стражу, еще рано. Может удастся решить дело миром.

— Вот твои деньги, — ответил воин и высыпал в ладонь целителя несколько монет из кошелька, совершенно не подходящего к простому наряду. Стало понятно, что кожаный мешочек до этого принадлежал находящемуся без сознания спутнику.

Проверив монеты на подлинность зубами, Кхи повеселел. Отец, конечно, правильно говорил об осторожности, но без золота и серебра тоже не прожить. А обычные клиенты бывают слишком скупыми. Из некоторых приходиться вытягивать положенную плату, а иногда и вовсе брать чем-то другим. Как например, когда пришлось лечить жену мясника, удовольствовавшись вместо денег несколькими килограммами вырезки, потому что из-за болезни благоверной хозяину пришлось на несколько недель закрыть лавку и остаться без прибыли.

— Сюда, вот топчан, кладите, — Кхи указал в комнату, где принимал пациентов. У стены стоял лежак из крепких досок, способный выдержать вес даже самого толстого человека, каких среди лавочников хватало с избытком.

Воин поднял тело и осторожно опустил в указанное место. Кхи подошел, на ходу велев:

— Плащ надо снять.

Наемник, или кем он там был, без лишних слов принялся стаскивать с больного темный балахон лишь отдаленно напоминающий дорожный плащ и больше похожий на мантию из ткани слишком хорошей выделки для обычного человека. Открывшийся под плащом наряд дворянина подтвердил, что в гости к целителю все же пришли не обычные головорезы, как изначально подумалось, глядя на суровую физиономию верзилы, а кто-то другой.

— Что случилось? — деловито осведомился Кхи, принимаясь за осмотр и полагая найти колотую или резанную рану.

Кажется ситуация прояснялась, аристократ прогуливался по улице, на него напали. Случайный прохожий, не исключено охранник из ближайший лавки, увидел нападение и решил помочь пострадавшему. Возможно, раненный успел пообещать награду, если его отнесут к врачевателю.

Кхи почти успокоился, посчитав что разгадал загадку, и профессионально взялся за дело, но уже через несколько секунд недоуменно нахмурился. На теле лежащего без сознания человека не обнаружилось ни одной раны. Даже маленького пореза нет. Зато ему явно было нехорошо: на лбу выступил пот, тело трясло в лихорадке, организм охватил жар. Теория об уличном нападении и случайном спасителе трещала по швам.

— Он что, чем-то болен? — недоуменно протянул Кхи.

Стоящий у изголовья лежака воин саркастически усмехнулся.

— Рад, что вы заметили. Я думал из нас двоих это вы целитель.

Кхи скривился, но ничего не ответил, разумно решив не злить и так находившегося на взводе клиента.

— Да, я целитель, — спокойно подтвердил Кхи и добавил: — Но, прежде чем лечить, надо понять от чего именно нужно лечить. Давно это с ним?

Воин неопределенно качнул головой, затем пожал плечами, окончательно запутав ситуацию.