Его пальцы были теплыми, ладонь мягкой, лаская мою кожу. Дыхание постоянно сбивалось, и я была рада, что все разговаривали, иначе я бы опозорилась.

— Забавно, ты, кажется, так ненавидишь меня, но твое тело так положительно реагирует на мое прикосновение, — прошептал Гейдж мне на ухо. — Может, тебе и правда нравится, когда я близко.

Я зажала его руку между ног, и он тихо усмехнулся, так, что слышала только я.

— Я могу сделать с тобой так много всего, Элли, если бы ты только позволила.

Он убрал руку, и я почувствовала частичное облегчение и частичное раздражение. Облегчение — потому что это было слишком близко к тому, чтобы у меня случился чертов оргазм, и раздражение — потому что мне, вроде как, нравились его руки на мне, его пальцы, скользящие вверх и вниз по моей ноге. В отличие от клуба, где он прикасался ко мне мельком, этот момент казался долгим. Было странно, что никто не заметил, как близко он ко мне, и, если я не ошибалась, он бы точно трахнул меня пальцами, если бы продержал руку там чуть дольше.

— Лиза? — позвал Бен.

— М-м? — быстро отозвалась я.

Он взглянул на меня сверху вниз, прищурившись, когда я положила руки на бедра. Чувствовала, как щеки пылали от жара и крови, но не отводила от него глаз.

— Кэл сказал, что ищет художника, чтобы нарисовать что-то для его статьи. Звучит так, будто тебе может быть интересно, — сказал он, указывая на Кэла.

— О. — Я сглотнула, переводя взгляд с Бена на Кэла. — Что именно?

— О, просто несколько небольших рисунков. Когда пишешь статью для журнала «Это правда», то должен самостоятельно украсить свои страницы, но это должно соответствовать теме. Поскольку моя статья будет о группе и музыке, я собираю кучу рисунков гитар, микрофонов, креативных нот… может, даже поющих мультяшных персонажей. Сделаю это стильно, весело. — Он улыбнулся.

Я кивнула.

— Я могу помочь с этим.

Кэл подмигнул.

— Было бы здорово, Элиза.

Он и Бен снова заговорили о куче вещей, которые меня не особо интересовали, и я тяжело вздохнула, потянувшись за стаканом яблочного сока, чтобы потушить огонь, который, казалось, все еще горел во мне… из-за Гейджа Гренделя.

Я осмелилась взглянуть на него: его пальцы были сложены на столе. Он откинулся на спинку стула с усмешкой на губах, уставившись перед собой. Я не была уверена, на что именно, но, подняв глаза, поняла.

Девушка со светлыми волосами в обтягивающей мини-юбке и лиловой короткой майке стояла у входа, пристально смотревшая на Гейджа. Она несколько раз взмахнула ресницами в его сторону, а затем подмигнула, направляясь за угол к туалетам. Это что, был ее жест, чтобы он пошел за ней?

Больше всего меня удивило то, что это сработало, потому что, откашлявшись, Гейдж отодвинулся от стола и задвинул стул. Казалось, никто, кроме меня, не заметил, что он направился к туалетам, и только поэтому его выходка была по-настоящему наглой и отвратительной.

Я не могла этого выносить. Не могла вынести, как он мог заставить меня загореться в одну секунду, а сразу после найти кого-то еще, кому можно уделить внимание. Это сбивало меня с толку, и я злилась, что испытывала к нему что-то. Я не хотела ничего чувствовать, потому что чувства причиняли боль. Мне нужно было выключить свои чертовы эмоции и продолжать делать вид, что мне все равно. Я знала, что он будет продолжать в том же духе.

Гейдж исчез за углом и не возвращался целых пятнадцать минут. Никто за столом, кажется, не заметил, что он еще не вернулся… кроме меня, во всяком случае. Я знала, что он делал, скорее всего, в кабинке со светловолосой шлюхой, о которой ничего не знал. Как он мог так просто поступать с собой? Что, если у нее была болезнь? Я знала, что он опускался низко, но не думала, что настолько, чтобы переспать с совершенно случайной девушкой.

Все закончили с едой, и как только мы встали и задвинули стулья, вышел Гейдж, поправляя красную футболку и джинсы. Его волосы были взъерошены, намного растрепаннее, чем несколько минут назад, и он выглядел уставшим, словно только что занимался спортом. Гейдж увидел, что мы готовимся уходить, и направился к выходу. Когда я проходила мимо туалетов, оттуда выходила та самая случайная светловолосая шлюха, нанося блеск на губы, изогнутые удовлетворенной улыбкой. Просто не-ве-ро-ятно.

— О, черт! — крикнул Монтана из отдела с безделушками. Я обернулась и увидела, что он держал в руках огромную ириску на палочке. Он притворился, что облизал ее, и я рассмеялась, заходя внутрь и забыв о Гейдже и его грязном скандале в туалете.

— Можно сфотографировать тебя с этим? — спросила я.

— Что угодно для тебя, мисс Элиза. — Он подмигнул. Я подняла фотоаппарат, висевший на груди, и он принял позу, прижимая ириску к себе, как ребенок. Я хихикала, сделав два снимка, а затем опустила камеру.

— Итак, Элиза… — вздохнул Монтана, положив леденец на место. — У тебя есть парень?

Я быстро покачала головой.

— Нет.

— Почему?

— Не знаю. — Я пожала плечами. — Наверное, я очень привередлива. Он должен стоить того, чтобы с ним встречаться.