Одри бросила быстрый взгляд на Шута, но, не заметив у Него желания вмешиваться, с легким разочарованием кивнула:

— Я лишь хотела оставить себе побольше времени на подготовку, чтобы выйти на них максимально естественно. Хорошо, а когда именно я смогу усвоить зелье и завершить отыгрыш? Есть ли какие-то четкие критерии? Знаете, приступы раздражительности и шепотки в голове у меня уже практически исчезли.

«Повешенный» Элджер тоже посмотрел на окутанного туманом Шута. Убедившись в Его молчании, он осторожно ответил:

— Если не использовать «метод отыгрыша», то обычно требуется подождать как минимум три года. Убедившись в полном отсутствии маниакальных эпизодов, слуховых и визуальных галлюцинаций, можно прибегнуть к простой проверке. Нужно довести свое тело и разум до предела истощения. Если даже в таком состоянии вы не услышите безумного шепота и не увидите пугающих иллюзий, значит, вы готовы к продвижению.

— А что касается «метода отыгрыша», я и сам начал практиковать его совсем недавно. Эффект просто поразительный. Полагаю, трех лет на это не потребуется.

«Что сказал, что промолчал… Три года — это же целая вечность…» — мысленно фыркнула Одри.

И не успела эта мысль оформиться, как раздался легкий, ритмичный стук.

Одри сначала опешила, но тут же обрадовалась. Обернувшись, она, как и ожидала, увидела Шута, небрежно постукивающего пальцами по краю длинного стола.

Элджер подобрался, сев еще ровнее, и замер в ожидании слов Шута.

Клейн всё тем же невозмутимым, ровным тоном произнес:

— На низких Последовательностях, при условии строгого отыгрыша, зелье усваивается в течение полугода. А порой для этого хватает и одного месяца.

Он перевел взгляд на «Справедливость» и мягко добавил:

— Что же касается признаков полного усвоения, то, когда придет время, вы сами всё поймете. Чужих наставлений для этого не требуется.

— Один месяц… Как здорово! Благодарю вас, господин Шут! — радость Одри буквально плескалась через край.

«Мисс Справедливость, не стоит обольщаться и мнить себя избранной небесами. Делайте упор на полгода…» — мысленно осадил ее энтузиазм Клейн, подперев рот кулаком.

— Полгода… — тихо повторил Элджер.

Своим обостренным чутьем Одри уловила в его тоне сложную смесь из радости, облегчения и жгучего сомнения.

«В чем он сомневается?» — с задумчивым видом Одри заговорила:

— Господин Шут, планируете ли вы принимать новых участников?

Клейн расслабленно откинулся назад и, заранее продумав ответ, произнес:

— Изначально это было лишь экспериментом. Я не строил далеко идущих планов. Но теперь, когда наши собрания стали регулярными, кандидаты должны проходить строжайший отбор. Секретность — вот наш главный принцип.

Одри с пониманием кивнула:

— Иными словами, потребуются наблюдение, поручительство, проверка и прочие процедуры. Да, именно процедуры.

— Вы абсолютно правы, — утвердительно ответил Клейн.

Сам же он тем временем ломал голову над тем, как бы ему половчее разузнать о Тайном Ордене и зелье «Клоуна».

«Как спросить об этом, не уронив свой статус?» — Клейн оказался в затруднительном положении.

В этот момент Элджер, видя, что у «Справедливости» больше нет вопросов, взял инициативу в свои руки:

— До меня дошли слухи, что один «Слушатель» из Ордена Авроры рыщет в поисках следов Истинного Творца. Иными словами, он ищет их так называемое «Святилище».

— Истинный Творец? — с недоумением переспросила Одри.

— Это древняя сущность, почитаемая множеством мистических организаций и скрытых культов. Они свято верят, что первозданный Творец не погиб окончательно, а Его уцелевшее ядро и есть Истинный Творец.

Элджер вкратце пояснил:

— С начала Пятой Эпохи Он представал в самых разных ипостасях: например, как «Повешенный гигант» или как «Глаз за теневой завесой». Хех, многие считают, что император Россель при создании карт Таро вдохновлялся именно этим образом, отчего и появилась карта «Повешенный».

Сказав это, он посмотрел на Клейна и добавил:

— Я ведь ни в чем не ошибся, господин Шут?

«Это что, проверка моего отношения к Истинному Творцу?» — Клейн мгновенно вспомнил рассказ капитана об исполинском кресте из сна Хайнаса Винсента и о распятом вниз головой обнаженном, окровавленном мужчине. В его голове тут же созрел ответ.

«Что Повешенный гигант, что теневая завеса — всё это насквозь пропитано зловещей, нечестивой аурой!»

И тогда, издав легкий смешок, он произнес: